Чт. Июл 25th, 2024

Сергей Курков: «Я никогда не предлагал Гашкову взятку»

Судебные заседания по уголовному делу бизнесмена Куркова близятся к своему завершению. Впереди – прения и оглашение приговора. 23 октября в Ленинском райсуде все точки над «I» расставил сам обвиняемый. Почти трехчасовая речь Куркова и его ответы на вопросы адвокатов выглядели куда убедительнее аналогичного допроса экс-министра здравоохранения области Александра Гашкова. Тем не менее, целый ряд заявленных ходатайств со стороны защиты остался без удовлетворения.

Как выяснилось в суде, еще в апреле 2022 года были согласованы и утверждены комиссией минздрава закупки целого ряда медицинских аппаратов, разработку техзаданий к которым пытаются вменить Куркову спустя полгода после их утверждения. Логика без логики, при этом кроме стороны защиты никто не задается вопросом, почему экс-министр Гашков со своими подчиненными еще в апреле не выставили все это жизненно-важное для лечения ульяновцев оборудование на аукцион, сорвали госзакупки, положив документацию, полностью подготовленную к аукциону, под сукно, протянув с ней до июля-августа. Судье эти факты тоже оказались не интересны, как оказался не интересен лживый информационный шантаж через телеграмм-каналы по заказу того же Дадианова, который лился потоком целый год и прекратить который бизнесмен требовал от экс-министра наряду с распространением бывшим статс-секретарем Дадиановым такой же откровенной лжи в стенах облправительства. Как не интересны судье оказались показания Куркова о том, что он последние полгода проживал в Дубае, сосредоточившись на другом, более доходном бизнесе, полностью передоверив рычаги управления своей команде. То, что для судей, прокуроров является нонсенсом, в мире бизнеса является обычной практикой.   

Прокурор Рябов строит обвинение, вырывая из тех же ОРМ одни куски с доказательствами, защита пытается убедить судью в провокационности взятки, сосредотачивая внимание судьи на других материалах ОРМ, подкрепленных в том числе экспертизами, сделанными бывшими специалистами Минюста. И в отличие от допроса экс-министра Гашкова, который признался в том, что весь разговор с Курковым, его требования благодарности в размере стандартно 10, просьба завести его человека на начальника отдела закупок, был выдуман им, что это была «игра слов, не более», а половина слов вообще была вымыслом, показания подсудимого выглядели гораздо более правдоподобно.

В судебном заседании 23 октября Курков рассказал о том, как Гашков сам позвонил ему еще 13 августа 2021 года и ранним утром приехал к нему домой, нервничал, много курил и сказал, что находится в «подвешенном» состоянии, и «наверху» должен решаться вопрос о его назначении министром, а спустя пару дней в «гости» напросился Дадианов.

— Несмотря на то, что было жарко, от моего предложения снять пиджак Дадианов отказался, сказав, что ему вполне комфортно. Позже я понял, что всю эту встречу Дадианов втайне от меня вёл запись, — рассказывал Курков, по сути, ту самую историю, из-за которой спустя почти девять месяцев так настойчиво при каждой последующей встрече с Гашковым требовал прилюдных извинений от Дадианова. Со слов Куркова, в тот день за столом в гостиной находился Живайкин, охранник-водитель Логунов. Дадианов выяснял о связях обвиняемого, провоцируя на откровенность, а затем предложил дать 40 млн.руб. Гашкову для назначения его на должность Министра. При этом Дадианов сказал, что факт передачи денег Гашковым Кучицу будет им зафиксирован на видеозапись тайно от Гашкова и Кучица, чтобы совместно «держать на крючке», то есть шантажировать обоих и контролировать вопросы закупок мед. оборудования….

По словам Куркова, он в жесткой форме отказался от этого предложения Дадианова, а спустя примерно месяц узнал, что Дадианов его оклеветал, переврав Кучицу, что это, якобы, именно Курков предложил Дадианову провокационную схему с передачей денег в виде взятки.

По мнению Куркова, Дадианов, видимо, решил, что он представляет некую опасность для их совместного с Гашковым бизнеса в сфере медзакупок, и в целях дискредитации перед руководством области развернул в отношении бизнесмена информационную войну с помощью, в частности, Толкачева и Софьина, в телеграм-каналах «ЦГКБ…», «Компромат Ульяновск», за клеветническими публикациями которых на протяжении почти года наблюдали ульяновцы. Апофеозом клеветы, которую могли придумать люди с психикой, весьма сомнительной с точки зрения здоровья — информация о том, что все проверки, инициированные депутатом Госдумы Куринным – дело рук Куркова. Идиотизм на грани фантастики: где Куринный, а где Курков, но инициаторы этой лжи, кажется и сами в это поверили.

Далее Курков в подробностях рассказал о том, что с начала СВО помогает ульяновскому спецназу, неоднократно отправлял лекарства в госпитали, где лечатся раненые участники спецоперации, о том, как перечислял деньги и в фонд «Дари Добро», в том числе, делал это и через Федерацию бокса, и напрямую. О том, что обсуждал свое желание оказывать помощь и готов был жертвовать на благотворительную помощь на нужды СВО в размере до 15% от своей прибыли. В принципе, ничего нового, равно как и ничего нового в том, что чиновники облправительства все последние годы каждый по своему направлению ведет работу по оказанию помощи с бизнесом, и сегодня каждого можно отправить в места не столь отдаленные. Заява от любого бизнесмена в силовые органы, — и статьи за  вымогательство взятки или «кошмарение бизнеса» обеспечены. Сотни гумконвоев за последние полтора года тому подтверждение, и тонны муки, сахара,  тепловизоры и квадрокоптеры, стоимостью несколько сотен тысяч каждый, стройматериалы — все это не с неба, и не из бюджета упало … По словам Куркова, только его компании в общей сложности пожертвовали на нужды СВО порядка 10 млн. рублей.

Со слов бизнесмена, встречаться с Гашковым он вообще не планировал:

У меня и мыслей об этом не было, — заявил Курков. — Я не планировал и не искал с ним встреч.Кроме того, я лично не занимался медпоставками, поскольку это направление вел лично Живайкин. Повторюсь, я не встречался с Гашковым с 15 августа 2021-го. И ни я, ни Живайкин, ни кто-либо другой под дверями Гашкова однозначно не «дежурили». Пошел на встречу лишь, чтобы восстановить правду о лжи, которую распространял Дадианов, не более.

Со слов подсудимого, тот все последние полгода жил и работал в Дубае, ездил в Германию за жизненно важным лекарством. Купил квартиры в Дубае и Сочи, чтобы жить там и развивать привлекательное направление инвестиции в зарубежную недвижимость. А прилетел домой в Ульяновск в конце мая, чтобы уже в начале июня улететь в Сочи на лечение в санаторий, куда путевки были забронированы ещё в начале 2022 года. Не улетел лишь потому, что 31 мая узнал о страшной болезни Сергея Живайкина.

—  31 мая 2022 Живайкину в НИИ им. Блохина был поставлен предварительный диагноз онкозаболевания, — заявил Курков. Далее он озвучил, что для его поддержки он отказался и от поездки в г. Сочи, и в том числе от лечения в санатории. Чтобы окружающим был понятен его поступок, Курков пояснил, что партнерские отношения с Живайкиным начались еще в 2006 году, когда он пришел работать в Группу компаний. Начинал он с менеджера, постепенно, уже как директор по развитию ГК, Живайкин охватывал новые направления: ЖКХ, девелопмент и другое. А последние 3 года (с лета 2019) был руководителем ГК «Альянс».

— Наши отношения из деловых перешли в дружеские. Он бывал у меня дома не как сотрудник, а как товарищ. Я знал про его собственный бизнес. И когда узнал, что он под 24% годовых у так называемых «друзей» взял в долг 2,5 млн., я дал ему долгосрочную ссуду для погашения этого кредита.

На 22 июня в НИИ им. Герцена была назначена госпитализация Живайкина для биопсии опухоли головного мозга. И поэтому Курков отказался от санаторного лечения и остался со своим товарищем, поддерживая его. 23 июня была проведена биопсия. 24 июня, после страшной новости о том, что опухоль не операбельна, а жить ему осталось меньше года, и произошла та первая встреча по инициативе Гашкова. И, когда во время допросов Дадианов и Гашков в своих показаниях ссылались на Живайкина, цинично и подло прикрываясь умершим человеком и его устами пытаясь дискредитировать и очернить Куркова на судебном процессе, тот был вполне резонно поражен циничностью этих людей.

На вопрос адвоката Киреева о содержании разговоров при встречах в июне 2022 года Сергей Курков уверенно, не заикаясь, как господин Гашков, и не ссылаясь на выдумки своих слов по ходу пьесы отвечал, что кроме 24 июня 2021, встречи с Гашковым были 25, 28 июня в местах, которые указывал Гашков: в сквере имени И.Н. Ульянова и во Владимирском саду, а 29 июня — на ул.Энгельса, недалеко от его дома.  Как 24, так и при последующих встречах 25, 28, 29 июня 2022 года и 1 июля 2022 Гашков неоднократно просил, чтобы Курков помог прекратить прокурорскую проверку. Подтверждал Курков и те факты, что он выражал своё удивление, говорил, что не имеет к этому совершенно никакого отношения, так как проверка, по данным СМИ, была инициирована в рамках уголовных дел по закупкам Минздрава, в том числе тест-полосок. Он также не понимал, о каких проверках идет речь. В свою очередь, Курков просил Гашкова, чтобы они с Дадиановым организовали встречу с Гучкиным и Кучицем, на которой в его присутствии Дадианов признался бы, что в августе 2021 года он оболгал Куркова и принёс бы ему извинения.

Законно и логично защитник спросил у Куркова: предлагал ли он Гашкову взятку за содействие в принятии должностными лицами минздрава решения о признании закупок для нужд Барышской РБ и онкодиспансера? Уверенно и убедительно Курков отвечал, что ни на одной из встреч он не предлагал ни словами, ни жестами дать Гашкову взятку. Это все его вымыслы. Лингвист подтвердила в суде, что на встречах не было предложений со стороны Куркова дать Гашкову взятку. Даже сам Гашков и его заместитель Жоров подтвердили, что не знают фактов участия бизнеса в составлении технических заданий на медоборудование для Барышской РБ и Онкодиспансера.

Также Курков пояснил, что он, как руководитель Группы компаний, никогда не вникал в тонкости госзакупок, и только недавно узнал, что ТЗ и ТХ это разные вещи. И действительно, зачем это нужно было ему, если на то есть менеджеры? О том, что технические задания на медоборудование для Барышской РБ были утверждены рабочей группой больницы ещё 25 января 2022и согласованы профильным главным внештатным специалистом Минздрава стало известно лишь в суде, из материалов дела. Все технические задания больницами были сформированы и представлены в Минздрав ЗАДОЛГО – за 4-5 месяцев! до встреч с Гашковым. И ещё 5 апреля Комиссией Минздрава эти закупки были признаны обоснованными. Особо Курков подчеркивал для гособвинителя и публики, которая не спешит разбираться в тонкостях этих процессов, что все технические задания были составлены самими больницами, утверждены Главными внештатными специалистами на рабочих группах и одобрены комиссией Минздрава еще 5 апреля 2022 — за три месяца до всех встреч и разговоров с Гашковым.

Сторона защиты уточняла у Куркова, на какие темы в разговорах Гашков постоянно выводил его, и какую цель он преследовал? Курков отвечал, что, как ему вспоминается, Гашков неоднократно во время разговоров спрашивал, «что делать будем», предлагал озвучить варианты благодарности, торопил, говорил, что нет времени, предлагал отправить Дадианова в годичный отпуск, а Жорову дать указания, которые тот выполнит, опять же, в обмен на решение проблемы с прокурорской проверкой. Гашков жаловался на отсутствие специалистов и лично просил порекомендовать человека на должность начальника отдела закупок и заместителя министра по закупкам вместо Жорова, который собирался уволиться.

Также Курков в ходе допроса пояснил, что на некоторые из этих встреч с ним  ездили, помимо водителя и помощника, сотрудники Ульянов Дмитрий и Курков Юрий, которые давали соответствующие консультации, потому как сам он в этих вопросах не разбирался. Уже в ходе знакомства с материалами дела, перечитывая стенограммы и прослушивая записи, он понял смысл обращений Гашкова, который заводил провокационные разговоры о предоставлении ему технических характеристик оборудования на флешке или в электронном виде.

Ему (Гашкову) нужно было создать искусственные доказательства моей вины, — говорил Курков. — Да, я являюсь учредителем или соучредителем ряда компаний, занимающихся разноплановым бизнесом, медицинским в том числе. У нас почти 900 детей родилось методом ЭКО, есть торговые центры, занимаемся переработкой мусора… Но, хочу отметить, что я не руководил их деятельностью, поскольку этим занимались генеральные директора Живайкин, Юрий Курков и Ульянов. Я же занимался тем, что мне было на тот момент времени актуально и интересно. Только в Дубай за период февраль-май 2022 я летал 4 раза, всякий раз проживая там по 10-14 и более дней. В марте я приобрел дом в Сочи, мне врачи рекомендовали морской теплый климат. Я вполне состоятельный человек и могу жить и заниматься тем, что мне интересно, заниматься своим здоровьем, в конце концов. Я эти месяцы практически отсутствовал в Ульяновске. И уж точно остался в июне месяце лишь для того, чтобы помогать Живайкину, а не давать взятку Гашкову. Меня в городе вообще не должно было быть.  Яне знал и только в связи с уголовным делом узнал, какое именно медоборудование должно было закупаться для Барышской и Онкобольниц.

В ходе допроса Курков подробно рассказал о встрече с Гашковым 29 июня и 1 июля 2022 года. Он пояснил, что встреча была недалеко от дома Гашкова на ул. Энгельса. Время было уже позднее, около 23:30. На встрече были также Ульянов и охранник Адушкин и Юрий Курков. Гашков опять говорил о прокурорской проверке, а в процессе разговора затем в присутствии трех свидетелей попросил у него взаймы 2 млн.руб. под честное слово. Попросил сделать это конфиденциально.

Свои показания в процессе Курков постоянно подкреплял теми доказательствами из ОРМ, которые пытается игнорировать сторона гособвинения. Либо искажает их на пару со свидетелями Гашковым и Дадиановым так, что выглядит весьма глупо. Взять хотя бы тот же пакет с «кондитеркой», который Курков по своей душевной простоте пытался передать Дадианову для его детей, о котором последний заявлял, как о взятке. Или банальные разговоры о детях и семье с Гашковым, о том, что для Куркова семья и здоровье детей — это самое главное в жизни, истолкованные в процессе бывшим экс-министром как угроза… Меж тем, даже из ОРМ вполне очевидно: Курков просто пытался наладить нормальные человеческие отношения, потому и предложил Гашкову свою честную руку, дружбу, попросив взамен быть с ним столь же честным, порядочным, и пообещать это здоровьем детей. Гашков пообещал и пожал Куркову руку. Потому и он согласился дать Гашкову взаймы 2 млн рублей под честное слово, поверив ему.

— Я никогда не предлагал Гашкову дать взятку, в том числе в виде так называемых «откатов», — заявил Курков. — Я объяснил ситуацию финдиректору, что Гашков просит в долг 2 млн.руб., при этом я уточнил, что в ближайшее время дадим один млн., а второй — по окончании депозита, т.е. 7 сентября. Свиридова передала поручение помощнику Демакову, который взял из моего сейфа в офисе деньги из моих личных накоплений. Сам я деньги не пересчитывал, доверяя Андрею, и был уверен, что он приготовил 1 млн.руб. в двух конвертах по 500 тыс.руб. Мы поехали на встречу с Гашковым, который назначил её в том же Владимирском саду. В машине у меня лежала «Молодежная газета» со статьей о нашей Группе компаний. Мы решили-таки после всей этой лжи, которая шла из Телеграмм-каналов, впервые за долгое время написать правду. При встрече с Гашковым я передал газету с деньгами, а Демаков — журнал с деньгами. Всего, как я думал, 1 млн.руб.

По мнению подсудимого Куркова, Дадианов с Гашковым организовали против  него провокацию. И сделали этоне без помощи бывшего начальника отдела «Э» УФСБ полковника в отставке Тетеревникова, в подчинении которого Дадианов работал на Автозаводе, а затем он же трудоустроил Тетеревникова сразу аж в две больницы: Чердаклинскую и Старомайнскую на должность заместителя главного врача.

Продолжая ответы на вопросы стороны защиты, Курков пояснял, что на встречах, инициированных и назначаемых Гашковым в определенных им местах, как стало понятно в ходе ознакомления с материалами дела, проходивших под контролем сотрудников УФСБ, Гашков провоцировал Куркова на разговоры о поставках мед.оборудования. Это делось для того, чтобы записать то, что в дальнейшем могло бы трактоваться как предложение взятки. Но, поскольку Куркова не удалось спровоцировать на фразы, которые в дальнейшем трактовались бы неоднозначно, был использован факт просьбы Гашкова дать в долг 2 млн.руб. в момент, когда он уже написал заявление на увольнение и не мог совершать каких-либо действий, используя свое служебное положение. На встрече Гашков сам сказал, что у него три предложения по работе, он не скрывал своей отставки. После встречи 1 июля Курков с Гашковым  больше не встречался, также не было разговоров о дальнейших встречах.

На вопрос о том, где же в доказательствах разговор о займе и почему он отсутствует в исследованных материалах, Курков ответил, что кусок разговора вырезан, а запись смонтирована. Монтаж записи подтверждается и экспертами ЭКЦ УМВД.

— Я уверен, что Гашков, выдавший смонтированную запись посреди следствия, – сфальсифицировал доказательства для обвинения меня в преступлении, которого я не совершал. И лингвист Знахарчук дала в суде заключение, что на записи от 24 июня имеютсялингвистические признаки побуждения Гашковым меня к даче предложений – благодарности.

Гособвинитель Игорь Рябов, в свою очередь, тоже задал несколько вопросов Куркову. Адвокаты пытались остановить Куркова от ответа, сославшись на то, что это вообще никакого отношения к делу не имеет. Однако бизнесмен прямо ответил на поставленные вопросы, частично решил ответить словами Гашкова, который в ходе своего допроса через слово говорил о том, что «это был домысел и вымысел». Единственное, в чем однозначно уверен Курков, так это в том, что всю данную провокацию придумал Дадианов.

После перерыва, в заседании 24 октября, продолжает удивлять однобокость позиции обвинения, которое в упор не видит ошибки при проведении ОРМ и следственных действий, отводя законные требования защиты об исключении доказательств, собранных следствием и оформленных, как они «нежно» говорят, с небольшими «техническими погрешностями». То есть свои подлоги и затирание вопиющих нарушений, прикрывая погрешностями…