Пт. Фев 26th, 2021

А как дела с ОСАГО у наших соседей – в Мордовии? Об этом в материале "Из дневника автолюбителя".

Из дневника автолюбителя

28 апреля 2014. На следующей неделе надо оформлять новый полис ОСАГО. Поэтому сегодня специально отпросился с работы, чтобы съездить на техосмотр. Говорят, что в этом году застраховать свою гражданскую ответственность стало не так-то просто. Но мне-то, думаю, волноваться не стоит: у меня же за семь лет ни одного страхового случая. А поскольку первое время я ещё и КАСКО в «Ингосстрахе» оформлял, то они там на мне, я думаю, озолотились – тысяч сто, наверное, уже наварили. Так что чего им от такого выгодного клиента отказываться?

5 мая 2014. Похоже, что умственные способности тех, кто руководит «Ингосстрахом» в Мордовии, я переоценил. Заключать со мной новый договор ОСАГО в офисе, расположенном в Саранске, эти ребята отказались, сославшись на то, что теперь договор ОСАГО можно оформить в этой страховой компании только в Дубёнках, где специально для этого компания открыла свой новый офис. Однако когда я поинтересовался режимом его работы, то понял, что и в Дубёнках меня тоже никто не ждёт, поскольку новый офис, как выяснилось, работает лишь два дня в неделю по два часа. В общем, пока доедешь – лавочку уже закроют.

12 мая 2014. Обошёл и обзвонил несколько страховых компаний. Везде полный облом: либо говорят, что у них закончились бланки, либо предлагают вдобавок к ОСАГО застраховать что-нибудь ещё – дом, имущество или жизнь любимой собачки. Так что слова некого Сергея, заявившего на всю всемирную паутину, что «ОСАГО в Мордовии …. полная Ж…», оказались стопроцентной правдой. Будущий правовед Артём Куликов, рассуждая о причинах такого положения с ОСАГО, приходит к парадоксальному выводу: не страховые компании, а мы сами виноваты в том, что с нами так обращаются. «Нас дурят в магазинах, в счетах за ЖКХ, а теперь и в страховых компаниях. В конце концов, есть же Законы, которые пишутся для того, чтобы их соблюдали. Почему на деле это не так? Почему мы молчим, прекрасно зная, что правда на нашей стороне? Может, потому нас и обманывают, что мы в большинстве своем безмолвные и безынициативные. Нам проще заплатить, промолчать, забиться в угол, чем начать твердо отстаивать свои права». Да, он прав, тысячу раз прав, этот Артём Куликов! Ведь закон явно на нашей стороне. Надо только не полениться – написать заявление и дойти с ним до суда. Пожалуй, я так и сделаю.

17 мая 2014. Поделился своими планами с Вованом, который, хотя и отнёсся к ним с интересом, но в грядущее торжество закона и справедливости всё же не поверил. «Закон, конечно, на твоей стороне,- сказал он, разливая Путинку по стаканам.- Но только суд, я думаю, будет на стороне «Ингосстраха». Ведь таких, как ты, в Мордовии сейчас тысячи, и если суд обяжет «Ингосстрах» заключить с тобой договор ОСАГО, как того требует закон, то они же тоже тогда все как один в суд ломанутся. А судьям, думаешь, это надо? Так что, скорее всего, этот твой иск к «Ингосстраху» в суде постараются вообще как-нибудь замурыжить. А если дело всё же дойдёт до рассмотрения по существу, то, уж поверь мне, Вовану, решение будет заведомо не в твою пользу».

10 июня 2014. Перед тем, как отнести исковое заявление в Ленинский районный суд, сделал ещё одну попытку договориться со страховой компанией «Ингосстрах» без судебного разбирательства. Распечатал и принёс копию искового заявления начальнику отдела «Ингосстраха» Маланьину А.А. Именно он оформлял мне полис ОСАГО все предыдущие годы и, конечно, мог бы, если бы захотел, сделать это и сейчас. Однако перспектива судебного разбирательства его отнюдь не смутила. «Это ваше право,- сказал он, хитро улыбаясь.- Судитесь, если время не жалко».

16 июня 2014. Отнёс исковое заявление в Ленинский районный суд. Кроме требования обязать «Ингосстрах» заключить со мной страховой договор ОСАГО, я также попросил суд взыскать в мою пользу с «Ингосстраха» 503 руб. 20 коп. в качестве компенсации морального вреда за отказ заключить со мной такой договор в добровольном порядке. Ведь, управляя автомобилем без полиса ОСАГО, я, как законопослушный гражданин, конечно же, не могу не испытывать негативных переживаний и психологического дискомфорта от того, что вынужден – пусть и не по своей воле, – но всё же нарушать российский закон. Так что суд, думаю, должен это учесть.

14 июля 2014. Вчера по почте из Ленинского районного суда мне прислали все мои бумаги обратно. Оказывается, ещё 18 июня моё исковое заявление было оставлено судьёй Бурлаковым И.И. без движения на том основании, что, указав адрес филиала ОСАО «Ингосстрах» в Саранске, я не указал адрес головного офиса «Ингосстраха» в Москве. Согласно ГПК РФ судья, вынесший определение об оставлении заявления без движения, обязан известить об этом лицо, подавшее заявление, и предоставить ему разумный срок для исправления недостатков. Срок для исправления недостатков судья Бурлаков И.И. действительно в своём определении указал, однако ознакомить меня с содержанием этого документа, очевидно, не посчитал нужным. Так что я получил его в суде только сегодня утром. Определение лежало в конверте, на котором был написан мой адрес, но сам конверт, судя по всему, до почтового ящика так и не добрался. Зато, как только назначенный для исправления недостатков срок закончился, судья Бурлаков И.И. тут же распорядился вернуть все мои бумаги обратно, указав, что «при данных обстоятельствах поданное исковое заявление подлежит возврату истцу со всеми приложенными к нему документами». Да…похоже, что пророчество Вована начинает сбываться!

15 июля 2014. Вписал в исковое заявление адрес головного офиса «Ингосстраха» в Москве и снова отнёс все бумаги в Ленинский районный суд. Потерял месяц, но теперь, конечно, буду умнее, так что фокус с вынесением «тайного» определения об оставлении искового заявления без движения со мной уже не пройдёт – буду звонить или приходить в суд каждый день!

25 июля 2014. Ура! На этот раз вовремя узнал, что судья Скуратович С.Г., на рассмотрение которому попал мой иск, идя по стопам Бурлакова И.И., также вынес определение об оставлении моего искового заявления без движения. Причём на этот раз судья ссылается на то, что истец, т.е. я, якобы не указал в иске, «чем нарушены его права, свободы или законные интересы ответчиком». Поскольку в иске на самом деле всё это есть, то исправлять ничего не стал, а сразу же накатал на это определение судьи Скуратович С.Г. частную жалобу в Верховный Суд Мордовии.

26 августа 2014. Первая маленькая победа – Верховный Суд РМ отменил определение судьи Скуратович С.Г. Так что теперь ничто не мешает рассмотрению моего искового заявления по существу. Согласно ГПК РФ это должно произойти не позднее 15 сентября 2014г.

1 октября 2014. После 15 сентября прошло уже две недели. Но когда будет суд, по-прежнему неизвестно. В канцелярии суда твердят одно: «Ждите, вас известят». Но что-то пока не извещают, хотя все процессуальные сроки уже прошли.

29 октября 2014. Оказывается, Скуратович С.Г. – это женщина! Вот уж никогда б не подумал, что человек с такой фамилией может быть женщиной. Оказывается, может. Сегодня наконец-то состоялся суд. В ходе судебного заседания представитель ответчика, а им оказался не кто иной, как Маланьин А.А., каких-либо аргументов в обоснование того, что, отказ от продажи полисов ОСАГО в главном офисе Филиала ОСАО «Ингосстрах» в Мордовии закон «Об ОСАГО» не нарушает, не привёл, да, собственно, и не мог привести. Ведь согласно п. 1 Ст.21 данного закона услуга по заключению договоров обязательного страхования должна предоставляться в любом обособленном подразделении страховщика. Так что, что тут вообще можно обсуждать? Поэтому в положительном вердикте суда до самого последнего момента почти не сомневался. Тем неожиданней прозвучали заключительные слова судьи Скуратович С.Г.: «Исковые требования Тетерина В.Н. к ОСАО «Ингосстрах» о возложении обязанности заключить договор обязательного страхования и компенсации морального вреда оставить без удовлетворения». Да, Вован, ты воистину провидец! Поскольку пока была озвучена лишь резолютивная часть решения, понять, чем именно судья собирается обосновывать его правильность, невозможно. Это станет ясно только через неделю, когда будет готово уже мотивированное решение.

5 ноября 2014. Получил мотивированное решение, в котором сказано буквально следующее (цитирую): «Исковые требования Тетерина В.Н. удовлетворению не подлежат в связи с тем, что истец с заявлением и приложенными к нему документами к ответчику не обращался». Вот сюрприз так сюрприз! Выходит, что всё, что написано в моём исковом заявление, – это сознательная и наглая ложь, придуманная исключительно для того, чтобы незаконно обогатиться на 503 руб. 20 коп. Вот только ни одного факта, из которого бы следовало это предположение, в распоряжении судьи Скуратович С.Г. не было и нет, поскольку нельзя же считать таким фактом слова представителя ответчика Маланьина А.А. о том, что он не припоминает, чтобы истец обращался к нему в этом году с просьбой заключить с ним новый договор ОСАГО. Мало ли чего он не припоминает! Завтра же… нет сегодня же сяду писать жалобу в Верховный Суд РМ.

25 ноября 2014. Апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Мордовия отправлена. Учитывая мотивировку оспариваемого судебного решения, основное внимание в ней уделено доказательству того, что я действительно, прежде чем идти в суд, обращался в страховую компанию «Ингосстрах» с просьбой заключить со мной новый договор ОСАГО. При этом раскрывать в этой бумаге все свои карты я, конечно, не стал. Так что Маланьина А.А. при рассмотрении дела в апелляционной инстанции ждёт сюрприз.

22 января 2015. Только что вернулся из Верховного Суда РМ, где рассматривалась моя апелляционная жалоба. Жалобы рассматривает коллегия, состоящая из трёх судей. Причём, как я понял, лишь только один из них – тот, что делает краткий доклад,- действительно в теме. Так что исход рассмотрения зависит в основном от него. На всё-про-всё даётся 15 минут. Поэтому, хотя право сторон на выступление в суде апелляционной инстанции никто не отменял, реализовать его на практике достаточно сложно. Тем не менее мне это удалось. Более того, в конце своего выступления я даже предложил уважаемым судья – если у кого-то из них всё же остались сомнения в истинности моих слов – провести за мой счёт дактилоскопическую экспертизу сохранившегося у меня экземпляра заявления о заключении договора ОСАГО. Поскольку начальник отдела «Ингосстраха» Маланьин А.А. эту бумагу в руках держал, то на ней почти наверняка остались отпечатки его пальцев, которые дактилоскопическая экспертиза могла бы там обнаружить. Собственно, это и был мой сюрприз для Маланьина А.А. Ясно, что в случае принятия моего предложения, т. е. проведения дактилоскопической экспертизы, Верховный Суд РМ был бы просто вынужден отменить судебное решение судьи Скуратович С.Г., как основанное не на установленных судом фактах, а исключительно на фантазии и домыслах самого судьи. Но, увы, ни закону, ни справедливости не дано было восторжествовать и на этот раз. К радости Маланьина А.А., суд апелляционной инстанции от проведения дактилоскопической экспертизы отказался, а судебным изыскам судьи Скуратович С.Г. дал самую высокую юридическую оценку: «Судом фактические обстоятельства по делу установлены правильно, собранные по делу доказательства исследованы в судебном заседании, им дана надлежащая оценка. Решение суда поставлено в соответствии с нормами материального права». В общем, по всем параметрам выходило, что решение судьи Скуратович С.Г. надо не отменять, а наоборот, всячески пропагандировать как образцово-показательное. Ну как после этого не вспомнишь Вована? Он же ещё когда такой исход предрекал!

10 февраля 2015. Зашёл на официальный сайт «Ингосстраха». Оказывается, Совет директоров ОСАО «Ингосстрах» внёс изменения в устав компании и теперь филиал ОСАО «Ингосстрах» в Республике Мордовия находится не в Саранске, а в 100км. от него в деревне Дубёнки. На сайте был указан даже телефон этой конторы +7 8342 24-19-54, по которому, однако, дозвониться до Дубёнок вряд ли кому-то удастся, поскольку код здесь указан хоть и мордовский, но не дубёнский, а саранский. То есть в самих Дубёнках, надо полагать, в филиале «Ингосстраха» в Мордовии нет даже телефона. Это как же они из Москвы свои руководящие указания туда передают? Конного гонца что ли каждый раз посылают? Изменил свой адрес и офис в Саранске: с гламурной, т.е. вконец обуржуазившейся Коммунистической, он переехал в никому не известный Дачный переулок. На следующей неделе надо будет сделать туда визит. Посмотреть, как они там устроились.

18 февраля 2015. Вчера предпринял ещё одну попытку оформить страховой полис ОСАГО в «Ингосстрахе». На этот раз, наученный предыдущим опытом, взял с собой свидетеля – сына, а тот видеокамеру, чтобы запечатлеть на неё предстоящий разговор. С помощью карты и местных жителей нашли вначале Дачный переулок, а затем и дом 9, где по данным, почерпнутым из интернета, должен был располагаться офис «Ингосстраха». Осмотрели это здание со всех сторон, но никаких признаков того, что офис «Ингосстраха» располагается здесь, не обнаружили. Вывеска на строении, правда, была, но при ближайшем рассмотрении она оказалась вывеской КС Банка. Впрочем, местные гномы со своими денежными мешками, как выяснилось, полностью занимали только первый этаж, в то время как на втором нашлось место и для страховщиков. Разузнав, где находится кабинет Маланьина А.А., мы сразу же направились туда. Нам повезло: начальник отдела «Ингосстраха» оказался на месте. Однако наша беседа с ним продолжалась недолго. Узнав о цели нашего визита – оформить полис ОСАГО, он словно мантру стал повторять: «Здесь операционно-бухгалтерский офис. Здесь полисы ОСАГО равно и другие не продаются!» На вопрос «А где продаются?» последовал уже знакомый ответ – «В Дубёнках». Круг замкнулся.

10 марта 2015. Подготовил новое исковое заявление в Ленинский районный суд. Чтобы лишить судью последней возможности для маневра, от компенсации морального вреда решил отказаться. Так что в заявлении осталось единственное требование – обязать Филиал ОСАО «Ингосстрах» в Республике Мордовия заключить со мной в своём обособленном подразделении, расположенном по адресу: г. Саранск, пер. Дачный, д. 9, страховой договор ОСАГО. Уж на этот-то раз «Ингосстрах», я думаю, не отвертится. Ведь весь разговор с начальником отдела «Ингосстраха» Маланьиным А.А. от первого и до последнего слова записан на видео. Так что хочет того судья или не хочет, но ему, я думаю, на этот раз всё же придётся следовать букве закона.

23 марта 2015. Не успел отнести новое исковое заявление в Ленинский районный суд, как судья Парамонов С.П., которому на этот раз достался мой иск, уже вынес определение об оставлении его без движения, причём по совершенно абсурдному основанию. Так в вынесенном им определении сказано: «Истцом не представлено доказательств того, что он обращался к ответчикам, не представлен ответ на его обращение». Конечно, сама по себе стенограмма разговора, состоявшегося в офисе «Ингосстраха» 17 февраля, приложенная к исковому заявлению, доказательством ещё не является. Но ведь есть и исходная видеозапись, которая более чем убедительно подтверждает факт моего обращения в «Ингосстрах» с предложением заключить со мной новый договор ОСАГО и фактический отказ начальника отдела «Ингосстраха» от оформления этого договора. Такие вещи, как мне кажется, не только судье, но даже человеку, достаточно далёкому от судебной практики, должны быть понятны. Другое дело, что судья Парамонов С.П., судя по всему, просто не хочет рассматривать мой иск по существу. Ладно, попробую всё же в своё исковое заявление внести кое-какие коррективы. Ну чтобы даже судья Парамонов С.П. никакие претензии насчёт того, что касается доказательной базы, высказать бы уже не мог.

13 апреля 2015. Эх, надо было сразу же на определение судьи Парамонова С.П. писать частную жалобу в Верховный Суд Мордовии, а не пытаться что-то там такое в своём заявлении подкорректировать! Это же и ежу было понятно, что никакие исправления судье Парамонову С.П. на самом деле и даром не нужны. Всё, что ему нужно, – это отфутболить от себя мой иск. Так что не удивительно, что 6 апреля им было вынесено новое определение, теперь уже о возвращении моего искового заявления и приложенных к нему документов. Причём, причина была указана всё та же: «Тетерин В.Н. представил переоформленное исковое заявление, однако также не представил доказательств того, что он обращался к ответчикам, не представлен ответ на его обращение». Хорошо ещё, что ГПК РФ даёт право подавать частную жалобу в вышестоящую судебную инстанцию и на такого рода определения нижестоящих судов. Хотя, как минимум, месяц я, пожалуй, всё равно уже потерял.

20 апреля 2015. Подготовил для передачи в Верховный Суд Мордовии частную жалобу на определение судьи Парамонова С.П. о возвращении моего искового заявления. В жалобе указал, что в соответствии со Ст. 55 ГПК РФ к доказательствам по делу могут относиться не только письменные источники, но и аудио-видеозаписи. Именно такого рода вещественное доказательство, как это следует из моего искового заявления, я был готов предоставить в распоряжение суда «по первому требованию». Так что стоило судье Парамонову С.П. только захотеть, как он бы тотчас получил, кроме стенограммы, ещё и видеозапись, подтверждающую факт моего обращения к ответчику и фактический отказ ответчика от заключения со мной договора ОСАГО.

5 мая 2015. Сегодня юбилей – исполнилось ровно год с того знаменательного дня, когда меня впервые послали в Дубёнки. Поскольку в суде доказать пока ничего не удалось, то уже год как разрезаю родной Саранск без ОСАГО. Пару раз останавливали бдительные гибэдэдэшники, которые узнав о моей тяжбе с «Ингосстрахом», вместо того, чтобы выписать штраф, только сочувственно крутили полосатым жезлом около своего виска и отпускали с миром.

10 июня 2015. Как я и рассчитывал, Верховный Суд РМ своим решением от 28 мая отменил определение судьи Парамонова С.П. о возвращении моего искового заявления как юридически совершенно несостоятельное. Однако время безвозвратно потеряно. Если бы не это определение, то рассмотрение иска по существу должно было бы состояться ещё месяц назад. А когда рассмотрение состоится теперь – одному богу известно. Ну, может быть, ещё судье Парамонову С.П.

23 июня 2015. Только что вернулся из Ленинского районного суда, где наконец-то начал рассматриваться мой иск к «Ингосстраху». Как я и предполагал, представитель ответчика – а им и на этот раз оказался Маланьин А.А. – фактический отказ от заключения со мной нового договора ОСАГО пытался оправдать тем, что офис, расположенный по адресу: Дачный переулок 9, они в своей страховой компании с некоторых пор стали называть операционно-бухгалтерским. Конечно, менеджеры «Ингосстраха» вправе называть свой офис как им угодно – хоть публичным домом. Но если они занимаются в нём урегулированием убытков по страховым случаям, а не оказанием интимных услуг, то согласно Федеральному закону №40-ФЗ «Об ОСАГО» такой офис по свое сути не может быть чем-то иным, кроме как обособленным подразделением данного страховщика. А согласно п. 1 Ст.21 этого же закона услуга по заключению договоров обязательного страхования должна предоставляться в любом обособленном подразделении страховщика. Так что отказ от заключения договора ОСАГО в офисе, расположенном по адресу Дачный переулок 9,– это прямое нарушение существующего закона. После того, как несостоятельность доводов ответчика стала вполне очевидной даже для судьи Парамонова С.П., он, явно в расстроенных чувствах, объявил, что рассмотрение данного дела откладывается на неделю, до 30 июня. Зачем ему понадобилось брать этот тайм-аут – однозначно сказать сложно. Однако, скорее всего, он просто решил посоветоваться со своими более опытными коллегами: как ему всё-таки отказать в рассматриваемом иске, если для этого нет никаких – ну абсолютно никаких (!) – законных оснований.

30 июня 2015. Похоже, что нужный совет судья Парамонов С.П. от своих коллег, а может даже и от Председателя суда, получил. Во всяком случае, затягивать рассмотрение дела он больше не стал, а почти сразу же после начала заседания объявил решение: «Исковые требования Тетерина В.Н. к ОСАО «Ингосстрах» о понуждении заключить договор обязательного страхования автогражданской ответственности в обособленном подразделении по адресу: г. Саранск, пер. Дачный, д. 9, оставить без удовлетворения». Остаётся подождать мотивированное решение. Интересно, что же всё-таки ему посоветовали?

6 июля 2015. Получил мотивированное решение. Как и в случае с судьёй Скуратович С.Г., основание для отказа в иске, на которое ссылается судья Парамонов С.П., в ходе судебного разбирательства вообще не обсуждалось. И действительно, в мотивировочной части судебного решения заявляется буквально следующее (цитирую): «Тетериным В.Н. не представлено доказательств тому, что он имеет в собственности автомобиль, в отношении которого необходимо заключить договор обязательной автогражданской ответственности». И это при том, что на оба судебных заседания я приезжал в суд на автомобиле и все необходимые для доказательства данного факта документы у меня с собой были. Посмотреть можно было и на сам автомобиль, который представителю ответчика хорошо знаком, так как при заключении договора КАСКО он не раз осматривал и даже фотографировал его. Причём для этого даже не надо было покидать зал судебных заседаний – достаточно было просто подойти к окну. Однако никто, ни представитель ответчика, ни судья Парамонов С.П., во время рассмотрения иска в суде никаких сомнений по этому поводу не высказывали. К тому же, Федеральный закон №40 «Об ОСАГО» вообще не предполагает, что человек, обратившийся в страховую компанию за заключением договора ОСАГО, должен быть обязательно собственником автомобиля. Согласно п.1 Ст.4 указанного закона он должен быть владельцем транспортного средства, а владелец транспортного средства согласно Ст. 1 данного закона – это не только собственник транспортного средства, но «также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании». Так что требование судьи Парамонова С.П., чтобы я был именно собственником автомобиля, вообще не имеет под собой никаких законных оснований.

26 июля 2015. Подготовил апелляционную жалобу в Верховный Суд Мордовии, в которой всю абсурдность утверждений судьи Парамонова С.П. о том, что я якобы не предоставил в суд ни доказательств своего обращения в ОСАО «Ингосстрах» с заявлением о заключении со мной договора ОСАГО, ни доказательств того, что являюсь собственником автомобиля, в отношении которого необходимо заключить договор обязательной автогражданской ответственности, постарался представить как можно в более простой и понятной для членов Верховного Суда Мордовии юридической форме. Так что если бы не уже имеющийся у меня опыт рассмотрения аналогичной жалобы в Верховном Суде Мордовии в январе этого года, то никаких сомнений в успехе данной апелляционной жалобы у меня бы, пожалуй, не было. Но тогда с юридической точки зрения всё, вроде бы, тоже было вполне ясно и однозначно, а решение, тем не менее, оказалось совершенно иным, не вытекающим ни из закона, ни из сути дела. Правда, сейчас у меня есть действительно очень весомый, просто неотразимый аргумент, которого не было в прошлый раз, – видеозапись, где начальник отдела «Ингосстраха» посылает меня сначала в Дубёнки, а затем, когда я прошу оформить этот посыл в письменной форме, посылает ещё раз, но уже «на три буквы». Так что теперь судебная коллегия, которая будет рассматривать мою апелляционную жалобу, сможет при желании увидеть всё это буквально воочию. Вот только захотят ли они на это смотреть – вот в чём вопрос!

1 октября 2015. Не захотели не только смотреть, но даже слушать! Выступить в судебном заседании мне фактически не дали, а на задаваемые вопросы я должен был отвечать только «Да» или «Нет». Если же я пытался дать хоть сколько-нибудь развёрнутый ответ, то меня сразу же, чтобы я не успел сказать что-нибудь «лишнее», прерывали буквально на полуслове. При этом самый нужный и очевидный для прояснения сути дела вопрос «Есть ли у вас какие-либо доказательства того, что вы являетесь собственником автомобиля, в отношении которого необходимо заключить договор обязательной автогражданской ответственности?» в суде так и не прозвучал. Очевидно, судья-председатель судебной коллегии Стариннова Л.Д хорошо понимала, что в ответ на этот вопрос я тотчас же достану из своих «широких штанин» (если воспользоваться образным выражением великого поэта) требуемые документы и решение судьи Парамонова С.П. придётся однозначно отменять. Ну а так, поскольку вышеуказанный вопрос задан мне так и не был, в обоснование отказа от пересмотра вынесенного судьёй Парамоновым С.П. решения в определении коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 1.10.2015г. сказано следующее: «Из материалов дела не усматривается, что Тетерин В.Н на праве собственности, или на ином праве владеет транспортным средством, при использовании которого может наступить его гражданская ответственность вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц». Чтобы отказ в удовлетворении апелляционной жалобы выглядел ещё более убедительно, я бы на месте Старинновой Л.Д. в вынесенном определении указал также следующее: «Кроме того, из материалов дела не усматривается, что Тетерин В.Н. не двугорбый верблюд, так как никаких справок, подтверждающих данный факт, истец в Ленинский районный суд не предоставил».

10 октября 2015. В прошлый раз в поисках справедливости я дошёл только до апелляционной инстанции. Но сейчас, я думаю, нужно идти до конца, т.е. готовить в Президиум Верховного Суда Республики Мордовия уже кассационную жалобу. Ведь незаконность и необоснованность оспариваемого судебного решения не вызывают абсолютно никаких сомнений. Правда, жаловаться в кассационную инстанцию можно только на незаконность оспариваемого судебного решения, но не на его обоснованность, точнее необоснованность. К тому же, прежде чем Президиум Верховного Суда РМ примет кассационную жалобу к своему рассмотрению, существенные нарушения норм процессуального или материального права при вынесении оспариваемого судебного решения должен увидеть и указать на них в специальном определении кто-то из членов Президиума Верховного Суда РМ, которому председатель суда поручил ознакомиться с содержанием полученной кассационной жалобы. Так что если этот член никаких нарушений закона не увидит (не захочет увидеть), то до рассмотрения кассационной жалобы в Президиуме Верховного Суда РМ дело просто не дойдёт. Однако какого-то другого варианта для обжалования судебного решения, вынесенного по моему иску, у меня всё равно нет. Так что выбирать, увы, не приходится.

26 октября 2015. Кассационная жалоба в Президиум Верховного Суда Республики Мордовия отправлена. Основное внимание в ней уделено доказательству того, что при вынесении Ленинским районным судом оспариваемого мной судебного решения была существенно нарушена одна из основополагающих норм ГПК РФ – Ст. 195 «Законность и обоснованность решения суда». Ведь согласно п.2 данной статьи «суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании». Однако обоснование судьёй Парамоновым С.П. оспариваемого судебного решения фактически основано на утверждении, которое в ходе судебного заседания вообще не обсуждалось. В самом деле, в ходе судебного заседания ни судья, ни представитель ответчика никаких сомнений в том, что я являюсь собственником автомобиля, не высказывали и, соответственно, не требовали от меня каких-либо доказательств этого. То есть вопрос о наличии соответствующих доказательств в ходе судебного заседания не исследовался. (Чтобы убедиться в этом – достаточно прочитать протокол судебного заседания.) Тем не менее, в мотивировочной части рассматриваемого судебного решения делается ссылка на якобы установленный судом «факт» отсутствия соответствующих доказательств. Таким образом, судьёй Парамоновым С.П. при вынесении данного судебного решения допущено очевидное нарушение процессуального права, а именно, п.2 Ст.195 ГПК РФ.

23 ноября 2015. Похоже, что у судьи Верховного Суда Республики Мордовия Демидчик Н.В., которой Председатель Верховного Суда поручил изучить содержание моей кассационной жалобы, серьёзные проблемы со зрением: явного нарушения судьёй Парамоновым С.П. Ст.195 ГПК РФ она не увидела, как ни смотрела. В вынесенном ею определении так и сказано: «Нарушений норм процессуального права из представленных судебных постановлений не усматривается». Отсюда вполне ожидаемое решение: «В передаче кассационной жалобы Тетерина В.Н. на решение Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 30 июня 2015 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 01 октября 2015 г. для рассмотрения в судебном заседании кассационной инстанции отказать». Ну что ж, вот и последняя надежда накрылась тазом, а ведь полтора года тому назад, когда всё это только начиналось, я практически не сомневался в успехе. Тогда мне казалось, что, поскольку исковое требование, с которым я обратился в суд, вытекает непосредственно из закона, то желает того судья или не желает, но ему всё же придётся удовлетворить мой иск к «Ингосстраху». Но, увы, как и предсказывал Вован, этого не случилось – все судебные решения оказались не в мою пользу. То есть закон в данном случае не только не восторжествовал, но служители мордовской фемиды буквально вытерли об него ноги, да и об меня, собственно, тоже. Ладно, переживём. И не такое в жизни бывало. Вот только за державу обидно.