Вт. Окт 20th, 2020

«Народный губернатор» Донбасса: «Ничего от России не ждем». Тем не менее, в Ульяновск Павел Губарев приехал именно просить

Его – историка и менеджера по образованию, экс-баркашовца, придерживающегося позиций имперского национализма, но цитирующего Твена, Ницше и Форда – одни считают спасителем Донецка. Другие – и их не меньше – главарем террористов и сепаратистов. Наш портал решил воздержаться от оценочных комментариев и просто предложить вниманию читателей самые информационно насыщенные и интересные выдержки из ульяновской пресс-конференции Павла Губарева.

– Какова цель вашего приезда в наш город?

– Я приехал поблагодарить Ульяновск, который с первых дней помогал Донбассу, участвовал в нашей нелегкой судьбе. От имени всех жителей Донбасса я хочу выразить огромную признательность ульяновцам, которые столь небезучастно относятся к тому, что происходит у нас. Низкий вам поклон. Кроме того, я хотел познакомиться с теми людьми, предпринимателями, которые оказывают системную, значительную и постоянную помощь всем, попавшим в непростую ситуацию.

– Вы будете их о чем-то просить или ждать, когда они сами предложат?

– А что, стыдно просить? Нет. Поэтому будем просить. Мы не в той ситуации, чтобы стыдиться. Тем более в Ульяновске нам до сих пор шли навстречу. Ульяновск – один из лидирующих регионов по уровню и глубине помощи, которая уже оказана Новороссии. Наряду с Краснодаром, куда я поеду от вас. Здесь добрые люди – это я знаю не понаслышке.

– Как распределяется гуманитарная помощь?

– Например, по согласованию с правительством строительные материалы из Ульяновска пошли на восстановление школ. Три школы уже восстановлены. И две из них благодаря стройматериалам, привезенным нам из вашего города.

– Не опасно было оставлять неспокойный регион, где все еще идет война, тем более в сложный период подготовки к зиме?

– Там военные занимаются своими делами. Если же мы говорим о политической обстановке, то народ Донбасса верен курсу независимости. Никаких угроз с этой стороны нет. Даже в той ситуации, которая сложилась, проукраинских настроений нет вообще. Настолько нет, что мы даже не рассматриваем какие-то угрозы или опасности провокаций. В том числе и со стороны Украины, которая через неплатежи, блокаду банковской системы, возможно, таким образом пытается создать предпосылки для социального бунта. Но это глупые попытки, нереалистичные. У нас они никаких тревог не вызывают. Люди Донбасса едины во мнении, как на майском референдуме, так и сегодня. Более 90 процентов поддерживают независимость народных республик.

– С чем, на ваш взгляд, связано то, что ряд донецких беженцев в последнее время покинули наш город и предпочли вернуться на родину?

– В каждом частном случае своя причина. Кто-то заскучал по своим краям. Кто-то не смог интегрироваться у вас: найти нормальную работу, снять жилье. Это воля и выбор каждого отдельного человека. Мой совет тем людям с детьми, которые выехали с Донбасса: возвращаться пока не стоит. Война продолжается. В Донецке гуманитарная катастрофа. У нас пенсионеры падают в голодные обмороки. Люди, нуждающиеся в уходе и не получающие его, находятся в плачевном состоянии. И если есть малейшая возможность уберечь жизни женщин и детей, надо за нее ухватываться.

– Вы получили независимость. Что дальше? Будете сами по себе?

– Дальше вопрос будет решаться либо политически, либо в военной плоскости. Мы за политический диалог с украинским правительством в решении вопроса. Они отключили нас от банковской и социальной системы, отозвали все государственные институты власти и перестали платить. Мы не требуем от них пенсии. Мы считаем, что де факто – и далее должно последовать заявление министра иностранных дел – это является их признанием того, что они данными территории не управляют и проживающих здесь людей своими гражданами не считают. За этим должна последовать реакция международного сообщества. Они это понимают и продолжают сочинять свои сказки, байки-лафайки. Нам теперь необходимо решить, как через нормативные механизмы разделиться. Были и другие сигналы со стороны украинского правительства. Они в одностроннем порядке отозвали закон об особом статусе Донбасса, дающий нам хоть какие-то права в составе Украины. Протоколом о разграничении территорий полностью был сорван мирный процесс. На наш посыл о готовности к восстановлению диалога ответа не последовало. Не исключено продолжение военной агрессии. Сами по себе мы сегодня тоже не сможем. У нас нет денег, стагнация промышленности, половина населения вынужденно покинула свои города. Хотя в случае, если огонь прекратится, мы будем готовы выстраивать институты политической и гражданской власти, самостоятельно налаживать нормальную жизнь. Вхождение в состав Российской Федерации в качестве субъекта – это вопрос геополитики и ее основных игроков. Так что, если со стороны российского руководства будет посыл, то, я думаю, не найдется ни одного человека на Донбассе, который был бы против воссоединения. Самим инициативу проявить? Проявляли уже… Тут можно размышлять и строить планы сколько угодно. Пока волевого решения больших политических сил мы не наблюдаем.

– Какими вам сегодня видятся границы «Новороссии»?

– Мы давно их обрисовали. Включая Харьков и Одессу. Споры пока возникли только по Кировоградской области. Я ее закрасил на картах под Новороссию, а другие говорят: «Эй, ты чего? Мы же так не договаривались, это все-таки уже восемь областей». На самом деле здесь опираться нужно на электоральные настроения. Если мнения людей брать за основу и по ним очерчивать, корректно выражаясь, этнокультурные границы Новороссии, то это весь бывший юго-восток бывшей Украины. Настроения, дающие все основания мыслить позитивно, у нас есть. У нас естественно имеются контакты с очагами сопротивления в тех областях Новороссии, которые пока подконтрольны украинскому правительству и силовикам. Все они, имея доверие людей, находятся в подполье. Но мы имеем с ними связь и стараемся им всячески помочь. Не в подрывной деятельности, но морально и физически уцелеть. Ведем адвокатскую деятельность на оккупированных территориях для освобождения политически преследуемых. Ведем просветительскую деятельность в законном поле. Ведь закон Украины не запрещает слово «Новороссия»… Я сам был сторонником радикальных мер. Но теперь понял – надо остановить кровопролитие. Ведь братья убивают братьев. Только одни заблудшие, другие – верные. Ведь люди, которые были мне друзьями, сегодня служат в украинской армии. Мы по разные стороны баррикад. Мы – враги и готовы друг друга убивать. Поэтому сегодня нужно склонять к политическому диалогу любой ценой. Но без ущерба независимости народных республик Донбасса.

ОБ УКРАИНЕ, ДОНБАССЕ И ФЕДЕРАЛИЗАЦИИ

Украина может сегодня быть федеративным государством. Если только речь не о Донбассе. Он окончательно потерян для Украины. На Донбассе федеративные настроения не имеют своих сторонников. Не за федерализацию мы боролись. То есть вначале мы произносили еще это слово. Но сегодня, оглядываясь на все произошедшее, об этом и речи быть не может. Я перед самым своим заключением под стражу сотрудниками СБУ срочно собранной пресс-конференции сказал, что отныне Донбасс уже никогда не будет Украиной.

#video=7ZYVKPwHplI#

– Правильно ли мы понимаем, что, если бы вас не арестовали тогда, у Донбасса был бы еще шанс остаться Украиной?

– Шансов существовало больше. Это было бы непросто, но минимальная вероятность мирного диалога существовала. Но со стороны Украины готовности не было. Зато у Киева было желание подавить в связи с распространенным заблуждением, что у нас просто олигархи балуются, хотят показать, насколько они крутые, как умеют людьми манипулировать. Не была учтена ментальность Донбасса. То, что у нас произошло, – это уникальное явление. Победное управление народной волей в условиях постмодернистского управляемого общества потребителей.

О ПРЕЗИДЕНТЕ УКРАИНЫ

– Порошенко давно бы уже пошел на мир в других условиях. Но ему старшие американские друзья не велят. Типа: «Пойдешь на мир – мы тебе военный переворот устроим». Это из кулуарных бесед в украинском правительстве. Они доходят до нас.

О ЯНУКОВИЧЕ

– Янукович? Кто это? Хотя, конечно, можно порассуждать. У человека был выбор. Он его сделал. Сохранил жизнь себе, семье, своему ближайшему окружению. Сохранил какие-то там ресурсы. Но окончательно похоронил себя как политика. И статуса, в котором Янукович мог бы вернуться, не существует. Хотя он пытается и будет пытаться дальше. Деньгами и влиянием своей большой «семьи». Но вот выборы прошли, и повлиять на процесс у него не получилось.

О СТРЕЛКОВЕ, ЗАХАРЧЕНКО И ДРУГИХ

– Мы взаимодействуем со Стрелковым, но я своими делами занимаюсь и мне мониторить, кто там что делает, некогда. Напряженность, возникшая между Стрелковым и Захарченко, больше искусственная, больше медийная, нежели реальная. Стрелков сейчас не с нами, потому что это было его мотивированное решение. Никто никого же в плен не брал. Пусть Стрелков сам за себя комментирует. Скажу одно: люди, как Стрелков, внесли такой вклад, что по праву могут считаться отцами-основателями Новороссии. Наряду с другими полевыми командирами.

О БУДУЩЕМ «НОВОРОССИИ»

Ключевой вопрос – национализация шахт Донбасса, принадлежавших олигархам. Но в условиях, когда институты органов государственной власти только начинают выстраиваться, любое решение о национализации должно быть взвешенным, дабы отличать ее от банальных отжимов. Мы будем выстраивать свою банковскую и налоговую систему. Существует системная проблема: вымыты оборотные гривневые средства, а рублевой массы в наличии нет. Наполнение бюджета не сразу станет удовлетворяющим потребности. Тут либо вход в рублевую зону, где надо просить либо в долг, либо в обеспечение. Или имитация, выстраивание своей национальной валюты непризнанного никем государства – новороссийского рубля. К этому мы готовы и такой сценарий тоже просчитывается. Я являюсь сторонником второго варианта, как более субъектного. Сейчас в наличной системе работает министерство налогов и сборов. Отсутствие оборотных средств и массовый отток квалифицированных кадров негативно сказывается на состоянии промышленности региона. Большую тревогу вызывает и грядущая зимовка. Есть уголь – наше спасение. Есть недостроенный газопровод на неконтролируемой Украиной территории, откуда закачать газ в хранилище можем только мы. Могут точечно возникать проблемы, связанные с тем, что изношенность коммунальной системы – более 90 процентов. Но надеюсь, нормально перезимуем – в тепле, с электричеством и водой – и выйдем к весне без серьезных потерь среди мирного населения.

#video=4VtdH1soLno#

О ДЕТЯХ ВОЙНЫ

– У нас появилась и такая категория. Что делать с детьми, оставшимися без родителей, и как им помогать – спрашивают меня. Я вижу только один выход. Нужно усыновлять, и я первый покажу пример. В ближайшие дни мы продвинем в парламенте соответствующее законодательство, и наша семья готова первой усыновить или удочерить – тут мы с женой пока расходимся во мнениях – сироту. По-другому пока помочь невозможно.

Иван Собакин