Пт. Янв 21st, 2022

ПОБЕДИТЕЛИ: Громов Леонид Васильевич

Впервые во Второй мировой войне немецко-фашистские войска были вынуждены перейти к обороне на главном направлении. Советское командование выиграло время для подготовки обороны столицы и последующего разгрома врага в битве под Москвой. О масштабах сражения свидетельствуют данные Генштаба: оно развернулось на фронте до 650 км и в глубину 250 км. В Смоленском сражении родилась советская гвардия. В жестоких боях здесь сражались тысячи ульяновцев, проявивших отвагу и мужество, изобретательность, смелость и находчивость. Среди них был и уроженец Симбирска батальонный комиссар Громов Леонид Васильевич, начальник штаба партизанских отрядов «Бати».

Фото:

О его подвиге четко и ясно, военным языком записано в наградном листе при представлении к ордену Красной звезды: «Тов. Громов Л.В. в числе четверки, возглавляемой «Батей», был одним из первых организаторов партизанской борьбы на Смоленщине, являлся начальником штаба группы партизанских отрядов. При прорыве фронта противника кавалерийской группой генерал-майора т. Доватера, с которой проходили в тыл врага отряды «Бати» 23/УШ-41г. в районе деревень Устье-Подвязье Пречистинского района Смоленской области, Громов Л.В. заметил, что противник, укрепившись на высоте вблизи д. Подвязье, мешал продвижению наших частей ураганным пулеметно-автоматным огнем, что грозило окружением. Несмотря на приказ т. Доватера следовать партизанам без боя, во избежание потерь отряда, Громов Л.В., видя угрожающее положение, бросился с ручным пулеметам к высоте, занимаемой фашистами, увлекая своим поступком группу партизан, оружейным пулеметным огнем выбил фашистов с высоты, уничтожив в этом бою 50 немецких солдат. Заняв высоту, он тем самым ликвидировал создавшееся напряженное положение и обеспечил проход без потерь кавалерийских частей генерала Доватера на этом участке. В конце боя Громов Л.В. сам был ранен разрывной пулей в область живота на вылет. Несмотря на тяжелое ранение, оставался на передовой линии до конца боя, воодушевляя партизан».

Позднее Леонид Васильевич вспоминал: «…Бой уходил дальше, но меня не могли вынести из-за обстрела гитлеровских автоматчиков, голова тяжелела, боялся потерять сознание, вынул две гранаты, положил рядом с собой, хотя верил, что товарищи не оставят». И они не оставили, пришли за своим тяжело раненным командиром, и несли его партизанскими тропами через леса и болота более 70 километров.

Почти год Громова лечили в нескольких госпиталях Сибири. Еще в Омске, едва набравшись сил, он настойчиво добивается, чтобы снова стать в боевой строй, действовать в тылу врага на смоленской земле в родном партизанском соединении.

Осенью 1942 года его благополучно перебрасывают через линию фронта. Радостные встречи с боевыми друзьями, знакомство с делами соединения, успешными боевыми действиями партизан подняли настроение и уверенность, придали силы Громову. Только за первую половину августа, как было видно из докладов Центральному штабу партизанского движения, партизанами проведено около 70 операций в треугольнике Смоленск-Орша-Витебск: убито более 670 немецких солдат и полицейских, взорвано 3 моста, подорвано 5 воинских эшелонов, уничтожено 57 автомашин, 2 склада с боеприпасами, 6 бронемашин, 1 легкий танк. Партизаны сумели отвоевать у немцев часть территории 7 районов Смоленской области, общей площадью около 5 тысяч квадратных километров, где восстановили Советскую власть, колхозы, создали школу и больницу. Эту маленькую «республику» оккупанты так и не смогли уничтожить.

Для начальника штаба опять наступили напряженные партизанские будни, бессонная работа в штабе, разработка плановых разведывательно-диверсионных операций, рейдов, засад. А враг тоже не дремал. Немцы, обеспокоенные ростом боевой активности партизан на основных транспортных коммуникациях — на участках железной дороги, автомагистрали Минск-Москва, автодорогах области — решили ликвидировать партизанский край, закрыть войсками разрыв фронта, разгромить и уничтожить соединение «Бати», тем самым успокоить Берлин. С этой целью гитлеровское командование подготовило крупную карательную экспедицию. Агентурная разведка доложила в штаб, что на станцию Рудня за 10 дней прибыло 8 эшелонов с войсками и техникой противника: 5300 эсэсовских солдат и офицеров, 9 танков, 6 орудий, 375 автомашин, кавалерийская бригада и др. Наступление немцы готовят на 10 сентября. Начальник штаба в срочном порядке информировал об этом Военный совет наших Четвертой ударной и Сорок первой армий и запросил о помощи.

Данные разведки подтвердились полностью. Рано утром 10 сентября враг с трех направлений крупными силами начал наступление на партизанский край. Двадцать дней шли жестокие бои. Городок Холм дважды переходил из рук в руки, 10 дней шли непрерывные схватки под городом Демидовым. Партизаны яростно обороняли каждый населенный пункт, хотя силы немцев часто превосходили в два, а иногда и в четыре раза. Там, где создавалось критическое положение, партизаны отступали, устраивали для врага ловушки, засады, а затем контратаковали. Так было в бою у деревни Ефремово, где партизаны, чтобы не попасть в окружение, отошли, заманили атакующую пехоту и поддерживающие ее 6 танков на минное поле. Три танка и десятки эсэсовцев подорвались на минах. Это вызвало панику у врага, а партизаны успешно перешли в контратаку. Немцы так и не смогли покорить партизанский край, соединение «Бати» продержалось до прихода частей Красной Армии, до 7 октября 1942 года.

Трудно представить как 2569 бойцов и командиров смогли устоять против 12 тысяч вооруженных до зубов фашистских карателей, нанести им тяжелые потери. Было убито и ранено 2400 солдат и офицеров, уничтожено 3 танка, 3 миномета, 6 пушек, 30 автомашин с различными грузами и др. В этих боях партизаны потеряли убитыми 40 человек, раненными-53(данные смоленского архива).

Леонид Васильевич в своих воспоминаниях отмечал: «На войне не только подвиги, это еще громадное напряжение воли, стремление тысяч людей к победе над врагом, желание быть хитрее и сильнее его. Это и горькие утраты товарищей…»

Громов как один из организаторов партизанского соединения лично знал многих бойцов и командиров, заботился о людях, учил их методам партизанской войны, где требуется не только смелость, но и оперативная смекалка, осторожность и конспирация. Это он запомнил еще из «Памятки сотруднику ЧК», когда 16-летним подростком стал работать в Симбирской губернской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, саботажем и спекуляцией.

Он любил напоминать молодым бойцам, что осторожность не есть трусость, это знак мудрости. Она выработалась у него с годами, когда ему как геологу приходилось преодолевать сопки и быстрые речки заполярного Таймыра, лазить по горным вершинам арктического острова Врангеля.

После окончания войны Громов снова занимается любимым делом: экспедиции в Сибири, в Забайкалье, новые открытия, создание института минерального сырья и геологоразведочных работ, защита диссертации, научные труды. Но он находит время, чтобы бывать на своей малой родине. В Ульяновске встречается с молодежью, сотрудниками УКГБ, рабфаковцами, выступает с воспоминаниями в СМИ. Таков был этот интересный человек: чекист, партизан, геолог и ученый, в честь которого названа гора на острове Врангеля.

Фото: