Вс. Июл 25th, 2021

Почетный строитель Федоров сказал свое последнее слово

Семь томных месяцев допроса свидетелей, представления доказательств и опровержений. 14 июля 2014 года в 14.00 Федорову и его подельникам будет вынесен приговор.

Напомним, в марте 2012 года Почетный строитель Владимир Федоров захватил единственное предприятие по производству керамзита в области – Ульяновский керамзитовый завод. Происходило это, как в лихие 90-е: порядка 30 человек на машинах ворвались на территорию завода и захватили его, выдворив за ворота традиционными бандитскими методами, с применением силы и угроз всех рабочих предприятия. Снятые в те дни на авторегистраторы и камеры видеонаблюдения материалы сохранили все это действо для следственного комитета.

#video=S1fg1JZnSfM#

Следствие длилось порядка двух лет, в суд уголовное дело было передано лишь в декабре 2013 года. Несмотря на то, что сам г-н Федоров трактует свой захват завода торжеством справедливости, следователям регионального СК удалось доказать, что в действительности протоколы общего собрания ООО «Сити», владельца всего производственного имущества Ульяновского керамзитового завода, как и решение учредителя ООО «Сити», договор уступки и иные документы, на основании которых в ЕГРЮЛ были внесены недостоверные сведения об учредителе юридического лица и о руководителе исполнительного органа, были грубо сфальсифицированы. Вплоть до того, что в одном из таких документов (устав ООО «Сити») имелся оттиск печати ООО «Сити». При этом надпись «г.Тольятти» на оттиске этой печати ООО «Сити» была набрана в обратном порядке, то есть читалась как: «иттяьлоТ г.» Многочисленные экспертизы, в том числе и почерковедческие, все расставили по своим местам https://ulnovosti.ru/content/5/25544/.

Среди других пособников Почетного строителя Ульяновкой области г-на Федорова следственный комитет отметил его подчиненного Игоря Суркова, юриста Романа Ляшукевича, отца и сына Лукъяновых, известных в криминальном мире больше как Кабан-старший и младший. В зависимости от степени участия и вины через три недели каждому из них будет вынесен приговор. Последняя троица идет по статье 330 УК, ч.2.

ВЕЛИКОЛЕПНАЯ «ПЯТЕРКА»

Пятеро обвиняемых – Федоров, Сурков, Ляшукевич, отец и сын Лукъяновы (Кабаны) – все эти семь месяцев в суд ходили ежедневно, как на работу. Но если на первых заседаниях на их лицах был замечен испуг и некая нервозность от всего происходящего в зале, то уже ближе к середине судебного процесса обвиняемые привыкли к своей скамье подсудимых, расслабились и чувствовали себя как дома. Они живо общались между собой, шутили, по очереди раскладывали пасьянс на ноутбуке, который они приносили с собой… Изредка пытались вникнуть во все происходящее вокруг, в показания свидетелей, но потом, понимая, что это ни к чему, вновь расслаблялись, положившись на адвокатов.

Пожалуй, самым сосредоточенным из подсудимых выглядел лишь Игорь Сурков. Собственно говоря, именно его подписи стоят и на фальшивых протоколах по сделке купли-продажи ООО «Сити», и во многих других документах. На одном из последних заседаний, пока его компаньоны по скамье подсудимых продолжали скучать, Сурков на ноутбуке внимательно штудировал УК, а именно ст. 170.1 УК «Фальсификация единого государственного реестра юридических лиц, реестра владельцев ценных бумаг или системы депозитарного учета».

Пятерых подсудимых защищали семь ульяновских адвокатов: Завалинич, Рыбаков, Бондина, Майорова, Костина, Логинов, Шевцов. Они настаивали на невиновности своих подзащитных. Впрочем, за то им Федоров и платит деньги.

Не обошлось и без скандалов: адвокат Швецов довел своим давлением свидетельницу Фирсову не только до слез, но и чуть было не до предынфарктного состояния. Еще немного, и ей понадобилась бы скорая помощь. Адвокат Костина, добиваясь от свидетеля конкретных слов, которыми Почетный строитель Федоров во время захвата «костерил» рабочих, не сдержался… В зале прозвучала фраза, сложенная из матерных слов, после чего все адвокаты со стороны защиты повскакивали с мест и начали возмущаться, что это неуважение к суду… По всей видимости, именного такого финала заранее спланированного «спектакля» и добивалась мэтр ульяновской адвокатуры г-жа Костина.

За все время судебного процесса компания Федорова 3 или 4 раза пыталась инициировать отвод судье, один отвод – прокурору. Сторона обвинения посчитала его почему-то заинтересованным лицом. А когда прокурор Причалова приступила к прениям, тут начался, мягко говоря, саботаж и откровенное неуважение к суду. Подсудимые вместе с адвокатами зевали, ухмылялись, а в некоторых местах даже смеялись, ерничая над ее словами вслух так, чтобы она это слышала… На второй день зачитывания обвинения Федоров потребовал приостановить речь гособвинителя с тем, чтобы Татьяна Причалова прочитала его жалобу на имя главного прокурора области. При этом свое заявление объяснил примерно так: «Это надо же, целый начальник отдела по надзору свою речь превратил в зачитывание обвинительного заключения. Могли бы пригнать мальчика или девочку, чтобы прочитал».

«Психологическая атака» на гособвинителя продолжалась на протяжении нескольких дней. К слову сказать, речь гособвинителя была действительно сухой, но это не давало право обвиняемым и уж тем более их адвокатам вести себя подобным образом.

«ЛЕБЕДИНАЯ ПЕСНЯ» ПОЧЕТНОГО СТРОИТЕЛЯ ФЕДОРОВА

Сегодня утром Почетный строитель Федоров сказал свое последнее слово. Напечатанную речь адвокат передала ему прямо перед заседанием, так что отрепетировать ее Владимир Артемьевич просто не успел. Говорил по бумажке, то проглатывая слова, то запинаясь, поскольку некоторые предложения для него оказались слишком сложными для прочтения.

«Уважаемый суд! – обратился Федоров. – На протяжении последних двух лет я подвергаюсь необоснованному уголовному преследованию. Моя жизнь превратилась в борьбу за мое честное имя. Авторитет и признание, которые зарабатывались мною годами и десятилетиями, с момента привлечения меня в качестве обвиняемого по уголовному делу не просто подверглись сомнению, а последовательными действиями следствия как будто намеренно стали подвергаться уничтожению. Для меня как для бизнесмена самое главное – гарантия моей платежеспособности, но после ареста всего имущества я этой гарантии лишился. Угроза стабильности моего бизнеса – не просто ухудшение моего материального положения – это удар по огромному количеству обычных людей, которые не могут реализовать свои права на жилые помещения».

Далее Почетный строитель оторвался от записей адвоката и стал говорить, как говорится, что на душе накипело: «Я вот про что говорю, – начал объяснять Федоров. – Я строю дома, а из-за уголовного дела люди лишились возможности брать ипотеку. Так как рейтинг моей фирмы по банковской системе понизился до 28 уровня, когда я не могу взять ВЗЯТКУ…»

Оговорка по Фрейду заставила в зале всех рассмеяться.

«То есть кредиты, – поправился Федоров. – Я пострадал, конечно, и много народу вместе со мной, особенно молодые семьи страдают».

Далее вся речь Федорова сошла к критике следственных органов. По словам Федорова, после ареста всего имущества у него появилось чувство, что бизнес Почетного строителя просто хотят захватить, а вся система его уголовного преследования – средство достижения этой цели.

По словам Федорова, полтора года государство оплачивало следственные действия, которые были направлены исключительно на уличение его в незаконном извлечении прибыли, в неуплате налогов и иных правонарушениях. Далее Федоров опять отвлекся от бумажки:

«Меня как хозяйственника всегда возмущала недобросовестная работа следователей. Она же оплачивается из моего кармана – налогоплательщика. Я вообще не понимаю: так вольготно себя чувствовать полтора года – неплохо следователям живется! Я считаю неправильным. Таких надо убирать. Каждое судебное заседание обходится в 30 тыс. рублей. И надо же, следователь такое «подложил», что мы разбирали тут столько времени! В общем, одни минусы со стороны следствия».

«За полтора года следствия я понял, – вновь вернулся Федоров к бумажке, написанной адвокатом, – что органы предварительного расследования правовые позиции Европейского суда по правам человека явно не волнуют. Как работали по старинке, так и работают: раз возбудили уголовное дело, так во что бы то ни стало надо довести его до суда, а там – будь что будет – пусть суд разбирается».

Федоров попросил объективно оценить все доказательства и учесть все доводы защиты, восстановить его честное имя, оправдав по всем эпизодам обвинения.

Стоит предположить, что все-таки по всем статьям Почетного строителя вряд ли оправдают. Напомним, ему вменяется самоуправство при захвате керамзитового завода (ч. 2 ст. 330 УК РФ), организация предоставления в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, документов, содержащих заведомо ложные данные, в целях внесения в единый государственный реестр юридических лиц недостоверных сведений), а также п. «б» ч. 4 ст. 291 УК РФ (дача взятки должностному лицу в крупном размере). В общей сложности – до 10 лет лишения свободы.

– Эх, надо было еще слезу пустить для пущей убедительности, – сказал Почетный строитель Федоров, уже выйдя из зала судебного заседания в приподнятом настроении.

Ирина Казакова