Пт. Окт 30th, 2020

Семейная трагедия. Признает ли суд Светлану Головачеву жертвой домашнего насилия

Гособвинитель настаивает на том, что убийство было преднамеренным. Сторона защиты заявляет, что выстрел, оказавшийся роковым бизнесмена, был единственным выходом и спасением для жертвы домашнего насилия 33-летней экс-супруги Светланы Головачевой.

Напомним, трагедия в доме Головачевых в селе Кротовка произошла 28 июня этого года. В ходе произошедшего конфликта с бывшим супругом женщина выстрелила в него из охотничьего ружья «Тигр», которое хранилось в доме. Получив огнестрельное ранение груди, мужчина скончался на месте происшествия.

Показания стороны обвинения строятся на видео с домашних камер наблюдения, где самого выстрела как такового даже и не видно, запечатлена лишь падаюшая из-за него со стены штукатурка. На другом видео, просмотренном в зале суда, зафиксировано, как Светлана зачем-то протирает полы ночной сорочкой на первом этаже уже после случившегося, хотя ни капель крови, ни следов преступления там нет. Затем кладет эту «ночнушку» в сумку и выходит из дома. Собственно говоря, толковать это видео можно по-разному: гособвинение посчитало это уничтожением следов преступления, хотя их там вообще нет. Тем, у кого фантазия менее бурная, в ходе просмотра показалось, что это были, скорее, действия, совершенные в состоянии шока: они хаотичны и бессмысленны, и кажется, она Светлана сама не понимает, что делает и для чего.

Также в «арсенале» стороны гособвинения показания пары друзей и коллег по работе, которые характеризуют убитого только с положительной стороны: тихий, всегда спокойный, ответственный и любящий отец и муж, выпивает редко. Настоящей сенсацией в зале суда для многих стало откровение гражданской жены Головачева: оказывается, из 13 лет, что бизнесмен находился в законном браке со Светланой, на протяжении 12 из них он встречался и с Анной Захаровой, которая пять лет назад родила ему сына. Со слов Захаровой, он бы ушел от Светланы к ней раньше, если бы последняя не цеплялась за него и не манипулировала детьми. Впрочем, к показаниям гражданской жены можно относиться субъективно: 13 лет быть любовницей богатого мужчины, наконец-то заполучить его, а через год совместной жизни потерять, наверное, обидно. Чего только стоит фраза «Головачев был щедрый человек», прозвучавшая из уст гражданской жены. Вылив на обвиняемую в суде «ушат грязи», она тут же заявила о своем требовании к обвиняемой возместить ей и ее сыну моральный и материальный ущерб в размере 5 млн. рублей в связи с потерей кормильца.

РОКОВАЯ НОЧЬ

Сама Светлана в суде настаивает, что в ту роковую ночь схватила ружье от безысходности и опасений за свою собственную жизнь. Со стороны кажется, что она до сих пор находится в шоковом, почти предобморочном состоянии. Подробности произошедшего не может вспомнить даже спустя месяцы следствия. Не помнила она их и через несколько часов сразу после преступления во время следственного эксперимента. Рассказала, как в тот вечер она созвонилась с бывшем мужем, чтобы попросить его завести дочку к маме, но тот оказался выпимши и в приказном тоне заявил, чтобы она собиралась: они вместе с гостями поедут в загородный дом в Кротовку. Воспротивиться ему она не смела, знала, что может закончиться очередным скандалом и побоями. По приезду накрыла на стол и за ту ночь, что продолжалось застолье, не выпила ни рюмки. Кстати, взятый позже анализ крови показал ноль промилей алкоголя, то есть во время преступления Светлана была совершенно трезва.

Скандал между бывшими супругами возник после заявления жены гостя о том, какая у них дочь отличница. Головачев тут же стал обвинять Светлану, какая она плохая мать, что их сын учится на тройки. По всей видимости, осознав, что ситуация перестает быть веселой и накаляется с каждой минутой, гости поспешили ретироваться домой. Светлана хотела уехать в город с ними, но Головачев не отпустил, при этом схватил ее одной рукой за волосы, а другой ударив по лицу, отчего рассек ей нижнюю губу, из которой потекла кровь. Светлана пыталась вызвать такси и уехать. Увидев, что она вызывает такси, Головачев схватил ее телефон и разбил его. Бросив ей «Я с тобой еще разберусь», он вышел провожать гостей.

Дальше, по рассказам самой Светланы, все происходящее она помнит очень плохо, как в тумане. Все произошло в считанные минуты. «Головачев, проводив гостей, зашел домой, он был агрессивен настроен, – рассказывала в суде Светлана. – Разуваясь в тамбуре, он крикнул: «Сейчас я с..а с тобой разберусь! Быстро наверх». Я в испуге побежала к лестнице, забежала на второй этаж. В это время он уже кричал мне, убегающей вслед: «Я тебя убью, мне все равно кого убивать, я убиваю беззащитных животных». К слову сказать, Головачев был заядлым охотником и владел личным охотхозяйством в Тереньгульском районе. «Я испугалась, забежала в комнату, при этом я знала, что там у него хранится оружие, я открыла один из чехлов, достала ружье, первое попавшееся, подбежала к лестнице и сказала, чтобы он не подходил ко мне, иначе я буду стрелять. При этом я не знала, заряжено ли ружье. Сказала, потому не знала, как еще его можно успокоить, чтобы он не приближался ко мне. При этом он продолжал идти на меня, говорил, что меня убьет, я стала пятиться назад, так как не знала, что делать. Затем, помню, что он мне крикнул: «Положи ружье, иначе я тебя убью!», и тут я насколько могла подняла ружье, так как оно оказалось очень тяжелым, и нажала на курок. Саша попятился назад и скатился по ступенькам вниз. Я думала, что он жив, подбежала к нему, у него изо рта шла пена, я подняла его голову и хотела повернуть ее набок, чтобы он не задохнулся, и тут увидела красное пятно у него на спине. Я поняла, что он мертв».

Позже Светлана начнет метаться по дому, найдет разбитый Головачевым телефон, соберет его и позвонит своей тете, сообщив, что убила Сашу, после чего вновь выронит из дрожащих рук телефон, который уже больше не включится, так что позвонить в полицию у нее просто не представится возможным. Затем, по ее словам, испугавшись, что ее посадят, и дети останутся одни, зачем-то схватит «ночнушку» и станет протирать полы около входа, после чего засунет сорочку в сумку, выйдет на улицу и там полтора часа будет ждать, когда приедет тетя и вызовет полицию.

На следственном эксперименте Светлана так и не вспомнит точно, где находился Александр в момент выстрела, ряд моментов у нее словно стерты из памяти, яркими вспышками лишь запечатлелись угрозы, летевшие в ее адрес от мужа, «убью» и… выстрел.

ЕСЛИ В ДОМЕ ЕСТЬ РУЖЬЕ, ТО ОНО ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЫСТРЕЛИТ

Супругой на тот момент уже известного в городе бизнесмена кандидат в мастера спорта по художественной гимнастике, детский тренер, хрупкая Светлана стала всего-то в 18 лет. Он был на 10 лет ее старше. Как выяснилось, слова «убью», «закопаю в Ташле» Светлана Головачева за 13 лет совместной жизни от Александра услышит неоднократно. Скандалы, угрозы и побои со стороны мужа начались почти сразу же после свадьбы. Издевательства прекратились лишь на время, когда Светлана вынашивала второго ребенка, дочку Нину. Спокойный и заботливый муж в период алкогольного опьянения становился неуправляем и превращался в настоящего домашнего тирана. Причем происходило это только в домашней обстановке. Не раз доходило до того, что он выгонял жену с детьми из дома, бывали случаи, что Светлана, схватив детей в охапку, убегала с ними из дома, пока он не протрезвеет. Она 13 лет жила надеждой, что, возможно, это когда-нибудь прекратиться, боялась заявить в полицию, чтобы не навредить его депутатскому имиджу. Боялась, что после вмешательства полиции он ее точно убьет. Боялась, что он отнимет у нее детей, поскольку не раз слышала это от него. Отчаявшись, Светлана все-таки подала на развод и ушла от него с детьми. Несмотря на то, что каждый из супругов последний год жил, казалось бы, своей жизнью, Александр продолжал жестко контролировать бывшую семью. В полном смысле слова. Узнав, что бывшая улетела с детьми на отдых заграницу, в срочном порядке прилетел туда, устроил скандал жене, после чего отдыхал с ними как ни в чем не бывало. У него были ключи от квартиры, где Светлана проживала с детьми, так что прийти туда в любое время дня и ночи, было само собой разумеющимся. Последний, самый громкий скандал с побоями и угрозами случился незадолго: Александр узнал, что у Светланы появился молодой человек. Он кстати, в суде также дал показания, заявив, что расстался с ней по ее настоянию и из-за угроз бывшего мужа. Мать Светланы, а также знакомые и родственники, в том числе и со стороны покойного, подтвердили, что знали о постоянных избиениях Светланы со стороны бывшего мужа, много раз видели синяки на ее теле, пытались вмешаться, поговорить с ним, но она их всегда от этого отговаривала, боялась, что потом будет еще хуже.

ХЛАДНОКРОВНОЕ УБИЙСТВО ИЛИ САМООБОРОНА?

Первоначально мало кто даже из следователей сомневался, что она убила своего мужа в состоянии аффекта, защищаясь. Это же вышло и в пресс-релизах УМВД по Ульяновской области. Но позже вдруг «аффект» и «сомооборона» исчезли, превратившись в «преднамеренное убийство». Врач-судмедэксперт, производивший медосвидетельствование спустя несколько месяцев после произошедшего, не увидел психического расстройства, сделав вывод, что убийство было совершено не в состоянии аффекта. В судмедэкспертизе же, сделанной на следующий день после убийства, почему-то отсутствуют вообще выводы относительно психологического состояния девушки. Зафиксированы лишь побои и черепно-мозговая травма, которые, по всей видимости, получила Светлана от ударов разгневанного бывшего мужа. Как заявил в суде вызванный судмедэксперт, его почему-то вообще не просили делать выводы по поводу ее эмоционального состояния, а также того, могла ли она совершить убийство, находясь в состоянии аффекта. Судья Засвияжского районного суда отказал в проведении повторной экспертизы в институте им. Сербского, сославшись на уже имеющееся в деле заключение.

Адвокат обвиняемой Светланы Головачевой говорит: «Среди судебно-психологических экспертных критериев диагностики аффекта у обвиняемого, утвержденных Минздравом РФ, значится такое понятие, как реакция «короткого замыкание». В пособии для врачей черным по белому написано: «реакция «короткого замыкания» обычно развивается на фоне пролонгированной психотравмирующей ситуации. Агрессивные действия при этих состояниях совершаются вслед за острой психической травмой («последней каплей»). «Преступный акт», несмотря на его внешние тяжелый и агрессивный характер… является скорее выражением отчаяния, чем неодолимого гнева, скорее безнадежности, чем активной защиты, скорее ухода от истомившей ситуации, чем стремление восторжествовать над ней. Предшествующая деликту психотравмирующая ситуация включает сложную семейную обстановку, связанную с издевательствами, моральными и физическими истязаниями со стороны мужей, которые часто злоупотребляют алкогольными напитками, их действия имеют неправомерный, противозаконный, порой садистический и характер, сопровождаются насилием, тяжкими оскорблениями, террором в отношении женщин и детей. В генезе депрессивных состояний прослеживается роль стенизирующих факторов, чаще остаточных явлений повторных черепно-мозговых травм в результате побоев мужа». И мы считаем, что на момент совершения преступления моя подзащитная действительно находилась в состоянии аффекта. Светлана Головачева действительно на протяжении многих лет подвергалась домашнему насилию со стороны мужа. Это происходило даже после официального развода. Угрозы и удары, нанесенные им в ночь убийства, и спровоцировали возникновение той самой реакции «короткого замыкания», а непроизвольно произведенный выстрел стал последней каплей ее терпения. И она в ту ночь действительно защищалась, а не нападала. Вот почему моя подзащитная не помнит тонкости произошедшего, совершенно не может вспомнить, где стоял муж, когда она в него произвела выстрел».

Ирина Казакова