Чт. Июн 24th, 2021

Табу на оползень. Речпорт от Ульяновска отрезали грузовики?

Ульяновский речной порт, через который поставляется основная масса необходимого для дорожного строительства гравия, песка и щебенки, а вместе с ним и единственный в правобережье пляж, грозят быть отрезанными на неопределенное время. Масштабные разрушения зафиксированы на мосту от грузовой восьмерки к речпорту. Впрочем, глава администрации Ульяновска Вадим Андреев, назначенный временно исполняющим «козлом отпущения» за все грехи, происходящие в городе, тут же поспешил откомментировать ситуацию. Вердикт таков: на этот раз виноваты в разрушении моста в районе грузовой восьмерки и строящегося «Пионер-парка», прозванного в народе «Титаником», грузовики, перевозящие по мосту тяжелые грузы вопреки установленному два года назад запрету. Таким образом, городская власть без каких-либо экспертиз попыталась отвести все подозрения от существующей проблемы с оползнем и от себя, как основного ответственного за состояние инженерных и противооползневых сооружений в Ульяновске.

Последний раз реконструкция путепровода через железнодорожные пути на автодороге «Центр – Речной порт г. Ульяновск» производилась в 2007 году. Тогда на нее было выделено 9,6 млн. рублей, а победителем аукциона оказалось ООО «Гипростроймост», еще 1,5 млн. рублей получил УМУП “Асфальтобетонный завод” за ремонт дорожного покрытия.

Между тем отметим, что информация о проблемах с мостовым переходом и разрушающейся дороге на речпорт впервые появилась аккурат два года назад, одновременно с произошедшем оползнем в районе грузовой восьмерки. Но тогда ее предпочли умолчать. При этом в одном из интервью ульяновских СМИ руководитель МБУ «Стройзаказчик» Александр Шканов, чье ведомство ремонтировало грузовую восьмерку после оползня, еще в прошлом году проговорился: «А вот вызывает вопросы дорога, ведущая с «восьмёрки» к речному порту, можете сами увидеть – там провал(!) – небольшой такой провальчик в районе путепровода. Такие машины, грузоподъёмностью до 40 тонн, дают большую нагрузку. Поэтому сейчас этим вопросом занимается городской комитет дорожного хозяйства. В своём участке я уверен, а вот, туда дальше ничего гарантировать нельзя», – заявлял Шканов.

Признавал наличие провалов в прошлом году и начальник управления дорожного хозяйства города г-н Бычков: «Сейчас просадка пошла в районе путепровода, который идёт через железную дорогу. Поэтому вопрос остаётся открытым. Нужно будет смотреть причины этого, дать оценку ситуации. Но процесс пока в стадии «изучения».

То есть, как видим, для городских и областных чиновников ситуация с просадкой грунта после оползня и провалами на мосту, ведущем в речной порт, известна не менее года. Изучали ситуацию и доизучались своим бездействием до того, что «провальчик» превратился в провал, плиты перекрытия пошли волнами, а вчера здесь были выставлены знаки «проезд запрещен». Причем настолько скромно, что и сегодня, в момент нашего посещения, автомобилисты, рискуя, ездят в речпорт как по «дороге жизни».

Не могли ли не видеть г-да Шкановы и Бычковы того, что все ливневые стоки, ведущие с моста, разрушены, и что стекающие стоки с грузовой восьмерки в месте оползня подмывают опоры моста? Вряд ли. Но на сегодня Ульяновск благодаря в том числе их преступной халатности получил еще один объект, который может обрушиться на железнодорожные пути

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

На представленных ниже фото четко видно, что никаких ливневых стоков с моста, которые бы были заведены в дренажный колодец, нет. Они разрушены, а вся пода подмывает мост и насыпь, на которой он стоит.

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Фото:

Кстати, заявленных рабочих, которые должны были появиться сегодня с утра здесь и приступить к работам, мы не увидели. Да и к чему приступать? Где экспертиза о состоянии моста, выводы экспертов о причинах возникновения разрушений, ПСД и прочее?

Бывший главный эксперт «Ульяновскэкспертизы» Иван Мирошников дал свою оценку ситуации, сославшись в том числе и на свои прежние предположения, о которых он говорил чиновникам сразу после случившегося масштабного оползня в 2016 году. Тогда за кадром осталось главное: гидрогеологию склона, на которой настаивал Иван Мирошников, перед восстановлением «восьмерки» никто так и не делал. Как и не изучал, куда идут из горы водовыпуски. Новую дренажную систему из-под строящегося «Пионер-парка» выводили постфактум и наспех, когда сваи были вбиты, стройка шла полным ходом, несмотря на только что произошедший оползень. Тогда же Иван Мирошников заявлял, что выводы о безопасности «Пионер-парка» преждевременны, а заключения экспертизами не являются https://ulnovosti.ru/content/6/33686/ .

Вот как прокомментировал очередной провал виадука к речпорту над железнодорожной веткой Иван Мирошников накануне активисту Наталье Лазаревой:

– Было перепускное отверстие под железной дорогой, по которой вода уходила. Но оно всё время под эту дыру проседало, потому что там размывает в период сильных дождей и снеготаяния. Поэтмоу дорога в эту сторону запросто может съехать сюда, к этой «дырке», как раз на этом повороте.

-Перепускное отвертие – это дренажная система?

– Да, под ЖД , большое, почти как мост, но оно не аркой сделано, а прямоугольником, забетонировано всё это в бетон.

-Если «всё» взято в бетон, то почему проседает?

– Перед этим отверстием, я говорил, там сделан дренажный колодец, большой. Он глубиной 5 или 6 метров, сложен из кирпича, круглый . И при строительстве последней восьмерки, когда делали, его просто засыпали вокруг щебнем и песком. А когда был ливень, и после ливня я там пытался ходить, то вот этот весь колодец оказался голый. Весь этот щебень, весь песок-всё снесло в эту дыру под железную дорогу куда-то по направлению к Волге. Мне сложно было спуститься и посмотреть, куда это выйдет. Но колодец стоял голый на всей этой 5-6 метровой высоте. То есть, склон со стороны дороги, как раз в зоне этого поворота был лишен опоры как раз этим размывом. При ремонте этом <после оползня> они натворили и это. Там много чего не совпадает, я вам рассказывал, не то ,что надо было делать. Это одно из последствий.

-А можно было сделать так, чтобы этого не происходило сейчас?

Ну, надо было учитывать всё. У геологов есть такое понятие «Базис эрозии». Это наибольшая глубина, до которой возможен размыв. Этот базис эрозии довольно устойчив. Например, река, имеет свой продольный профиль, и глубже него она никогда не будет размывать. А если вы возьмете выше него, например, насыпете на этот профиль, то она его размоет обязательно, стараясь взять вот этот свой базисный уровень. А если вы глубже выкопаете уровень, то она его замоет. Точно такая же история для любого оврага. Любой овраг имеет вот такую максимальную глубину, ниже которой он не размывает(он будет замывать), а выше которой он будет размывать.

Вот эту глубину—базис — грамотный проектировщик должен был определить, все привязать к этому базису. Тогда проект был бы грамотен, ничего бы страшного не было. А они этого не учли. Не знаю, какие это проектировщики были. Я же специально для них писал. «Если вы , ребята, не уничтожите и не ликвидируете вот этот выпуск воды, который давал начало ручью, то вся ваша работа- пустое дело. Потому что, ну, через два года, ну, через три, начнется разрушение.”

Ниже цитата из большого заключения Мирошникова, которое Наталья Лазарева стенографировала еще 5 мая 2016 года:

«Теперь немного об оценке природой результатов расчётов устойчивости оползневого склона. Они в соответствии с требованиями нормативных документов должны быть выполнены на стадии проектирования по линиям, геологическим разрезам, начинающимся на урезе воды реки, водохранилища. Оценке, таким образом, подвергается весь оползневый склон.

В проекте жилого комплекса расчёты выполнены солидной организацией по трём линиям. И если строительство началось, результаты расчётов понятны: склон устойчив. Одна неувязка: на крайней к западу линии происходит оползень. Линия прямо пересекает тело оползня. Природа даёт свою поправку: склон неустойчив.

А далее просто: расчёты по двум другим линиям выполнены по тем же методикам с применением тех же программ. Имеем все основания результатам этих расчётов не доверять. В создавшемся сложном положении принцип безопасности обязывает принять наиболее тяжёлый вариант: склон неустойчив со всеми вытекающими отсюда последствиями.

И тут логично вспомнить решение 1967-70г.г.: какие спецы были, как далеко смотрели!

Кроме двух построенных тогда объектов, на территории, в том числе и на стройплощадке, без ограничений следует постоянно выполнять только один вид строительства: капитальный ремонт и строительство новых сооружений дренажной системы территории. Только при условии хорошей её работы можно сохранить на долгие годы очень важную для ульяновцев территорию к югу от улицы Минаева на участке между улицами Гончарова и Железной Дивизии. Ещё раз сошлюсь, ради дела, на авторитет профессора Латыповой.

– А как же грузовая восьмёрка? И что делать с оползнем?

– Вопрос ясен в одном: нужно снять главную причину образования оползня – водоток, ручей. Его на склоне не должно быть, то есть нужно ликвидировать водовыпуск и строить новый, безопасный.

Если оставить всё по-старому, ручей переработает, размоет сползшие массы, доберётся до своего прежнего русла, а далее мы уже проходили – новые подвижки, новый оползень. Это надо?

Ирина Казакова,

https://ulderevo.livejournal.com/235157.html

фото: Камиль Багаутдинов