Вс. Окт 25th, 2020

Маленькие трагедии на Тутях. Ульяновская девушка-инвалид и ее семья нуждаются в помощи…

Основанный близ Симбирска ровно 360 лет назад по личному указу царя Алексея (Михайловича) Тишайшего, обожавшего разводить по всей стране тутовые сады. А неофициально этот прекрасный, если верить летописям XVII века, уголок нынче представляет собой помесь лондонского Сохо и североамериканского гетто в пригороде Сент-Луиса посреди культурной столицы всего.

Нужда, которая привела сюда наш портал, в советской печати пафосно бы именовалась рубрикой «Письмо позвало в дорогу». Именно отсюда в одну из социальных сетей пришел тревожный сигнал. У инвалида первой группы Ольги Лазаревой серьезно больна мама, единственный опекун девушки. Врачи поставили женщине страшный диагноз: краниофарингиома – опухоль могза. Чтобы историю Оли узнало как можно больше жителей Ульяновска, Ulnovosti.ru отправились в Тути. Где выяснилось, что болезнью мамы проблемы сильной духом Ольги Лазаревой не заканчиваются. Скорее, только начинаются.

Операция из дорогостоящих, плюс нужны деньги на проезд, на сиделку. А «бабье царство» Лазаревых (помимо Оли и ее мамы Ирины Николаевны с ними периодически живет старенькая бабушка Лидия Петровна) существует на единственную пенсию страдающей ДЦП девушки, составляющую со всеми дотациями и надбавками чуть больше 10 тысяч рублей.

Страшный диагноз

Все началось в августе 2010 года, когда умер глава семейства Лазаревых. Сразу после похорон, – вспоминает Ирина Лазарева, – у нее началась депрессия, появилась апатия, женщину стали преследовать острые приступы головной боли – с каждым разом все чаще и сильнее. «Дошло до того, что мама жаловалась: «голова горит как в огне», – продолжает Ольга. – Почти год врачи от нее отмахивались, списывая головные боли на возраст и нервную нагрузку: мол, уход за ребенком-инвалидом – тяжелое занятие. Но в мае 2011 года у нее случился микроинсульт, который она стоически перенесла на ногах». Все это время Ирина Николаевна продолжала возить Олю на занятия в Ульяновский государственный университет. В результате девушка сумела получить два высших образования – психолога и юриста – и приступить к защите кандидатского минимума. Как раз в этот момент УЗИ сосудов головы и шеи показало: у олиной мамы снижение снабжения головного мозга кислородом на 40 процентов. Проще говоря – мозговое кислородное голодание. Назначенные медицинские препараты «Танакан» (от тысячи рублей за 40 миллиграммов) и «Баклосан» (от 500 рублей за 10 милиграммов) улучшений не принесли. После того как перестала вставать с постели, а передвигалась, все время наталкиваясь на стоящие на пути предметы, Ольга Лазарева настояла на магнитно-резонансной томографии любимой мамочки. После МРТ медики и озвучили страшный диагноз – опухоль головного мозга.

Ирина Николаевна рассказывает, что сейчас еще не готовы результаты анализов, и невозможно определить, злокачественная опухоль или доброкачественная. Тем временем она как может активно собирает документы на получение квоты. Промедление критично. За сложную операцию в труднодоступном месте берутся только в госпитале Бурденко в Москве. И хирургическое вмешательство необходимо в течение двух ближайших месяцев, потом может быть поздно…

Ольга с мамой
Фото: Николай Владимиров

«Я очень боюсь остаться одна»

Как только стало известно о страшном диагнозе,Ольга разместила на своей странице в социальной сети полное отчаяния и безысходности сообщение: «Маме стало трудно за мной ухаживать. Ей самой нужна помощь. Друзья, прошу помощи! Пожалуйста, помогите спасти мою маму! Я очень боюсь остаться одна… С надеждой и благодарностью, Оля Лазарева»

#video=Wum2UT8TK8g#]

27-летняя Оленька просто как солнышко. Чуть смущенный взгляд, доброе открытое лицо, очаровательная подкупающая улыбка. Она так забавно по-детски безо всякого жеманства и кокетства стесняется, когда сравниваешь ее чистую красоту с обаянием тургеневских девушек. А еще у этого хрупкого почти хрустального человечка сильное сердце и огромная душа. Ни слезинки, ни намека на истерику, что в ее ситуации было бы, пожалуй, оправданно и естественно. Она бесконечно переслушивает песню «Лишь бы мама моя жила». И только про себя, как молитву, повторяет слова из еще одной музыкальной композиции своей любимой группы «Город 312»: «Ты не услышишь крика о помощи – время в большой цене. Стены огней сдавят виски сильней…»

– Сейчас нам остается только свято надеяться, что облминздрав выделит квоту на операцию, – призналась девушка журналисту нашего портала. – Но на саму поездку, проживание (если сразу не положат в больницу), сопровождающего, лекарства, капельница, последующее лечение и сиделку в послеоперационный период у нас средств нет. Знакомые, которые лечились в столице, рассказывают, что три года московские сиделки брали за свои услуги по 25 тысяч рублей за неделю. Вот и собираем деньги с миру по нитке…

Бои местного значения

В ходе дальнейшей беседы выясняем, что отсутствие средств на лечение Ирины Николаевны – не единственная проблема Лазаревых. Вторая – серьезнее. Поскольку тут уже все опирается на человеческий фактор. Точнее, на его полное отсутствие…

Этот домик, в котором сейчас буквально выживают Оля с мамой и бабушкой, супруги Лазаревы в 1987 году приобрели, чтобы у больной дочери было побольше личного жизненного пространства. Так оно и было, пока несколько лет назад в этом доме не «поселился замечательный сосед». Точнее, семья из четверых соседей: дед, сын, сноха и внук. И с маленькой собачкой. Шавка хоть и не большого роста, но гавкает отчаянно, и практически не переставая. Через пять минут от этого визгливого лая начинает болеть голова даже у здорового человека. Для Лазаревых соседская собака стала особенным наказанием. С их слов, молчащая в присутствии хозяев животина начинает гавкать, как только на улице появляется кто-то из Лазаревых.

Лидия Петровна утверждает, что особенно любят соседи заставлять подавать свою собаку голос, когда они с дочерью возятся на своем огороде. Раньше три женщины с него кормились, здесь росли у них свои помидоры, огурцы, зелень. Можно было жить. В этом году Лазаревы остались без урожая, зато их огородик из-за обильных дождей минувшего лета изрядно зарос лопухами, крапивой почти в человеческий рост и прочими сорняками.

Соседи не пускают на собственный огород семью Лазаревых
Фото: Николай Владимиров

Лидия Петровна, с трудом скрывая волнение, жалуется: «От непрекращающегося лая у дочери голова болит, руки трясутся. А из-за забора несется циничное: «Взять!»

Это соседи так типа шутят. Вот только Ирине Николаевне не до шуток. В ее ситуации подобный «юмор» превращается в настоящую целенаправленную травлю. От рассказанного Лазаревыми дальше становится не по себе. Ирина продолжает:

– Мы женщины, у нас нет мужчины. У соседей есть мужчины, но нет земли. Впечатление, что нас просто уничтожают, чтобы получить в пользование и наши квадратные метры. У них есть связи, у них есть средства. Неоднократно возникали пограничные ситуации, когда мы были вынуждены вызывать полицию. Полицейские приходят, с соседями поговорят и уходят восвояси. На принадлежащем нам участке двора, где можно было бы поставить тренажеры для Оли, соседи безапелляционно устроили здесь стоянку для четырех своих мотоциклов.

Началось это противостояние в 2001 году. Когда тогдашний губернатор Шаманов подарил Ольге «Оку». Наша маленькая машина мешала соседям во дворе заниматься своими делами. И началось… До этого года я на нашем огороде выращивала цветы на продажу. И мы, таким образом, как-то сводили концы с концами. А теперь я дров наколю, а они их мне через забор на огород покидают. Все цветы помяли-потравили. Надо перекрыть крышу, но я уже боюсь выходить на улицу. Они и побить могут, как с нашей бабушкой было несколько раз. Возможно, моя опухоль и из-за них тоже. И что?.. Я вернусь после операции сюда, на те же нервы.

Купить губернатора, или «Вы все скоро сдохнете!»

С недавних пор боится без особой нужды выходить из дома и сама Оля. На это у нее есть серьезные причины. Девушка объясняет:

– Сын хозяина отсидел за убийство в драке. Когда пару лет назад бабушка чинила крышу, он ее чуть с лестницы не столкнул. Бегал за бабушкой с топором. Полицейские приехали и сказали странную фразу: «Вот убьют вас, тогда и обращайтесь». У нас ощущение, что в полиции у соседей работают их друзья и «крыша». Меня сосед однажды увидел, сделал страшное лицо и, кроме шуток, спросил: «Чего, крысеныш, здесь стоишь?» И пошел на меня. Хорошо, я быстро успела дверь закрыть. Очень редко выхожу на улицу, боюсь соседей. За все это лето ни разу на свежем воздухе не была…

Ольга уверена, что соседи претендуют на их земельный участок:

Как-то пришли геодезисты, все померили, вставили колышки. Приставы уходят, соседи выдирают все колышки: «Теперь здесь все наше! Увидим вас на своей территории, ноги вам переломаем». А мы что? Живем как-то, себя сдерживаем. Маме нельзя психовать. Поэтому научились смотреть на жизнь философски…

Тут уже не выдерживает и бабушка Оли. Лидия Николаевна вступает в разговор:

– Их ненависть, постоянные скандалы очень действуют на здоровье дочери. Нам принадлежало шесть соток всего участка, а соседям – три с половиной. Но у них семья разрастается, и им, понятно, становится тесно. Они фактически, уже отобрали у нас принадлежащий нам изначально двор. Выстроили свой сарай. А мы теперь обитаем на трети от первоначально принадлежащей нам площади. Меня за то, что я появляюсь на «их территории», били неоднократно. Они – люди состоятельные. И не раз давали понять, что у них везде все «схвачено». Однажды сосед избил меня особенно сильно прямо у нашего крыльца. Был суд, он получил год условно. После этого они прямым текстом, не стесняясь, говорят нам: «Вы все равно все скоро сдохнете. И это все будет наше…»

Пробовали ли обратиться к властям? Этот вопрос приводит Лазаревых в некоторое замешательство. И становится понятно: в силу власти они не особо верят… Говорят:

– Как бы это сказать… Собирались, но… Смысл какой? Соседи же прямо сказали: обращайтесь, мол, куда хотите, хоть к губернатору. Мы всех купим… Наверное, теперь обратимся…

Пока этого не случилось, наш портал попытался выступить посредником между Лазаревыми и их мучителями. Но, едва завидев диктофон и фотоаппарат, «замечательные соседи» ретировались и укрылись на своей территории… У страха, как известно, глаза велики. Но даже если в уме поделить рассказанное моими собеседницами на два, картина вырисовывается малорадостная… Кто в данном случае поможет трем запуганным женщинам? Вопрос остается открытым.

От редакции: все, кто готов помочь Ольге Лазаревой и ее маме, может связаться с ней через ее страничку Вконтакте http://vk.com/id145127223.

Николай Владимиров